Блоги

Творческие блоги поэтов, писателей, музыкантов, режиссёров, путешественников, актёров и других талантливых личностей!
Создайте блог быстро, бесплатно и публикуйте свои произведения!
пользователь Алексей Курганов не оставил ничего в своей биографии

И так будет с каждым, кто!, или Про Гарьку, корову и пленум бюро

(миниатюра в диалоге)

 

...
Продолжить чтение

Справедливое возмездие, или Всем фашистам - собачия смерть!

(поучительное)

 

...
Продолжить чтение

Да, сложен он, дитя порока...

(из цикла «Ох, уж этот Гарька!»)

 

...
Продолжить чтение

Про Гарьку, грыжу с библиотекой, профессора Блядушкова и доцента Мандажраки

(миниатюра в диалоге)

 

...
Продолжить чтение

Брюс Селёдкин - русско-монгольский шпион (рассказ)

Васька Селёдкин – пожилой юноша сорока двух лет отроду по кличке Брюс (но об этом позже). У него просторное, вечно улыбающееся лицо, весёлый, никогда не унывающий взгляд и практически полное отсутствие волос на головной части черепа. Нет, это не от радиации или потому, что Васька – блатной. Это у него просто стрижка такая, сейчас очень даже модная, чтобы прямо под ноготок. А блатным Васька никогда не был. И вообще он каждое воскресенье ходит в шахматы играть в Дом Культуры глухонемых. Да нет, слышит он нормально, он в своё время даже в пограничных войсках служил, и болтало у него большое, как лопата, и розовое, как мороженое «шербет». Да-а-а… Просто у них, у городских хосе раулей капабланков, там, у глухих с немыми, их шахматный клуб размещается, и Васька является его образцовым членом. Нет, хороший клуб! Я как-то туда один раз с Васькой сходил, так наутро целых три «шербета» смолотил без остановки. Вот какую испытывал просто-таки страшную утреннюю жажду. Прям беда с этими шахматами и с этими занимательными шахматистами- развесёлыми алкоголистами!

         А ещё у него нос картошкой и широкие розовые уши, которыми Васька умеет мастерски шевелить. У него это шевеление так здорово получается, что башка стоит совершенно неподвижно, а уши вдруг начинают елозить от затылка чуть ли не до самых его румяных щёк. Очень интригующее зрелище, особенно во время шахматных дебютов! У бухгалтерши Парамоновой, когда она впервые увидела такие ненормальные чудеса, даже  лёгкая истерика случилась. Народ тогда  весьма переволновался, потому что Парамонова находилась на шестом месяце беременности, так что вполне могла возникнуть реальная угроза выкидыша. Но ничего, обошлось простым бухгалтерским испугом и похлопыванием по её, Парамоновой, побледневшим щекам. Правда, после этого случая, она как увидит Ваську, то сразу  впадает в лёгкую панику напополам с такой же необременительной истерикой, и вообще старается обходить его стороной. Вот чудачка! Она же уже давно родила и даже развестись успела, и ходит теперь совершенно, кажется, не беременная! Чего теперь-то бояться? А если снова залетит теперь уже неизвестно от кого, то запросто может в другой цех перевестись. Делов-то на полкопейки! Она же бухгалтерша! Её вон в насквозь коррумпированный компрессорный цех возьмут с руками и ногами. Потому что считает плохо, а на компьютер смотрит как баран на новые ворота, и вообще боится, чего им, коррумпированным компрессорщикам, и надо.

...
Продолжить чтение

Восьмидесятые (стихотворение)

(ностальгирующее. С претензией на гражданский пафос)

 

...
Продолжить чтение

Апокалипсис местного значения (рассказ)

Пятого июля две тысячи девятого года в шесть часов тридцать минут утра жительница деревни Могилово Тамара Сергеевна Мячкина, жизнерадостная сорокапятилетняя женщина приятных взгляду телесных форм, вывела на выпас корову Милку, покормила борова Броньку, шестерых безымянных овец и также безымянных кур во главе с петухом Филимоном и уже после всех этих обязательных домашних забот этого отправилась в близ расположенный березовый перелесок за земляникой. Ягод было в этом году так себе, скромней скромного, пока хоть пол- бидона наберешь – от души накланяешься. Но в прошлые годы было еще хуже, поэтому Мячкина все же решила сходить, чтобы набрать хоть на пол-литровую банку варенья, которое ей и мужу хорошо помогает при разных простудных заболеваниях, да и просто чаю попить.

         Дойдя до первых березок, она услышала впереди неясный подозрительный гул, тут же забыла про землянику, которой все равно нет, и, влекомая естественным женским любопытством,  пошла на звук. Могуче и неотвратимо, словно боевой танк, она продралась через стоявшие непроходимой стеной  заросли двухметровой крапивы и, весьма при этом поострекавшись, вылезла на оперативный простор, где чуть было не свалилась в не то чтобы очень глубокую, но все- таки приличной глубины свежевырытую длинную канаву. На другом конце канавы, в окружении двух самосвалов и одного трактора со здоровенным совком впереди, стояли пятеро мужиков и, дымя сигаретами, смотрели на экскаватор, выбиравший грунт.

...
Продолжить чтение