joomla

25.11.2014 Трубадур: изображая жертву (СПб, Михайловский театр)

Понравилось? Расскажите друзьям:

В Михайловском театре в рамках V Международного фестиваля искусств "Дягилев P. S." Михаил Татарников представил премьеру оперы Джузеппе Верди "Трубадур". Хитросплетенный клубок режиссуры Дмитрия Чернякова разбирала наш корреспондент Екатерина Нечитайло.

трубадур татарников черняков нечитайло дягилев ps

"А что, если...", "а если бы в тот момент...", "Если бы они...", - любая короткая фраза, включающая в себя слово "если" ежедневно приносит человечеству немалую головную боль, ворох проблем, десятки бессонных ночей в попытках усиления знаний в области теории вероятностей. Что, если бы жизнь была игрой, в которой ты мог бы сохраняться и потом возвращаться в место принятия решения? Можно ли было бы что-то изменить? А если... Ответ – громкое «нет».  «If», «может статься» и «а вдруг бы» в этом мире не существуют. Однако, если вернуться в знаковую точку и попытаться не изменить и переиначить, а повторить и усилить случившееся,  то успех  может быть просто химерическим.  В  Михайловском театре состоялась премьера оперы "Трубадур" Джузеппе Верди в постановке одного из главных оперных режиссеров современности, спектакли которого щедро одаривают эпитетами "провокативный", "сметающий", "неформатный". Дмитрий Черняков,  перенеся свой спектакль 2012 из брюссельского Ла Монне на петербургскую сцену, наглядно фундировал, что, конечно же, жизнь - улица с одностороннем движением, но порой второй раз  - алмаз.

Режиссер Черняков может все, что угодно. От него сложно чего-то ждать и невозможно чего-то требовать. Может огромную великопафосную оперу заключить в пределы одной комнаты. Может разрешить сцену дуэли Ленского и Онегина случайным выстрелом из ружья. Может поселить "Царскую невесту" в телестудии. Может князя Игоря в финале отправить отстраивать дивный новый мир. Может свести "Дон Жуана" к семейной драме. Может сделать так, что от сюжета "Трубадура", в котором собраны цыгане, сожженные дети, любовные любови, всполохи ревности, нога у черта  пополам еще до начала второго действия, и логика сломается, споткнувшись о первый же конкретный вопрос,  разорвет, перевёрнет и вывернет, а после ты будешь идти на негнущихся ногах в неизвестном направлении, осознавая понятность и возможность подобных событий.


трубадур татарников черняков нечитайло дягилев ps

"Трубадур" - четвертое обращение Чернякова к музыке Верди (после "Аиды" "Макбета" и "Симона Бокканегра"). В большинстве его спектаклей кажется, что тебя пригласили в гости и сказали: а теперь мы с тобой поиграем в увлекательную игру, где может не все будет понятно,  но есть строгие правила. В "Трубадуре" действие  спектакля и вовсе разворачивается по законам ролевой игры, участники которой, выступая в рамках выбранных или предложенных им ролей, руководствуясь характером персонажа и внутренней логикой вымышленной среды, вместе создают или следуют уже созданному сюжету. Главная затейница - цыганка Азучена, собравшая всех героев, выдавшая им листики с текстом (на случай, если кто забыл) и закрывшая пространство на ключ, чтобы попытаться установить правду и справедливость, а если точнее, элементарно покопаться в прошлом, потревожить память, расцарапать порезы, что никогда не приводило к счастливому концу.

На площадке воссоздан стильный холл особняка с несколькими дверями, зеркалами, минимальной мебелью и стенами в черно-алых тонах, напоминающими подбой плаща Понтия Пилата.  Хор расположился в оркестровой яме, усиливая эффект мистичности и таинственности, эпоха - современный мир, количество персонажей сокращено до пяти и каждый из них является ярким психологическим типом: Азучена (Ильдико Комлоши)- властная хозяйка положения, подогреваемая жаждой мести, ее вспыльчивый сын Манрико (Арнольд Рутковски), который под конец окажется не сыном, а еще и братом графа ди Луна, сам граф (Скотт Хендрикс), напоминающий сходящего с ума начальника крупной компании, ими обоими любимая Леонора (Татьяна Рягузова) -  героиня-жертва, и Феррандо (Джованни Фурланетто), милейший пожилой друг семьи, которому достанется больше всех и ни за что, ни про что.

В оригинальном либретто к первой картине даются следующие пояснения:
Старый воин Феррандо, начальник стражи графа ди Луны, будит заснувших стражников и рассказывает им о трагических событиях жизни графской семьи. У отца нынешнего графа ди Луны было двое сыновей. Однажды у кроватки младшего застали старую цыганку. Её прогнали, но младенец с тех пор начал чахнуть. Цыганку обвинили в порче, поймали и сожгли на костре. В отместку, её дочь похитила этого младенца и больше никто его не видел. Лишь на том месте, где казнили старую колдунью, нашли обгоревшие кости ребёнка. Старый граф всё же сохранял надежду, что сын жив, и перед кончиной завещал старшему разыскать брата. Однако поиски графа ди Луны были напрасны.

трубадур татарников черняков нечитайло дягилев ps


По Дмитрию Чернякову же все менее многословно и сводится к "глава первая, в которой...":
Азучена  затевает ролевую игру с целью обвинить семью ди Луны в страшных преступлениях. Феррандо, в попытке воссоздать те давние события, подключает к реконструкции прошлого Манрико и графа ди Луну.

Высокопарная повествовательная история сгущается до персональной трагедии, становится интимной комнатной историей острого посола.  Сцены будут сменяться, словно леденящее фрагменты из кинофильмов Триера, Финчера, Линча или Хичкока,  течение времени будет обозначаться с помощью количества перевёрнутых стульев, расположения стола или драгоценностей,  а пояснения будут появляться над сценой между картинами,  дабы упростить жизнь зрителю, прояснить происходящее и вынести вердикт, что сегодня намного ближе и понятнее ситуация откровенного розыгрыша  событий, чем игра в неких непонятных людей, которым и самим не всегда до конца ясны мотивы своих действий.

Знание и память приходят предательски поздно в голову,  в тот момент, когда уже ничего не можешь исправить. В герметичном, камерном, замкнутом безвоздушном пространстве, в плену у прошлого герои будто бы  знают, что в итоге все погибнут, но с азартом и остервенением  который раз они возвращаются к этой игре, пытаясь переписать минувшее. При всей игре в игру они существуют взаправду, под увеличительным стеклом, с верой, что в следующем спектакле Леонора может быть  полюбит графа, Азучена не бросит в огонь собственного сына, перепутав с братом ди Луны, а ди Луна не убьет своего брата Манрико.

Один из современников Верди писал, что в "Трубадура" композитор влил слезы целого поколения. Сложная витиеватая музыка пронизана пафосом свободолюбия и обладает опасностью ухода в общий эмоциональный залив.
Но солисты работают с цыганской лихостью и снайперской точностью. Оркестр во главе с дирижером Михаилом Татарниковым в упоении выдерживает удивительную сбалансированность групп инструментов, гармоничную динамику, будучи одинаково точным, аккуратным, ажурным и на плавных нежных скрипичных переходах в каватине Леоноры, и на  острых шелестящих волнах гобоев и кларнетов в финале, удерживая в воздухе эфемерное ощущение мажора в музыке при миноре в жизни.

трубадур татарников черняков нечитайло дягилев ps
 

Петербургский вариант "Трубадура" выглядит намного опаснее, агрессивнее, враждебнее, изолированнее своего брюссельского брата. То ли сказываются два года между постановками, то ли русская любовь к игровому. Будто и без того острый кинжал наточили новыми брусками, добавили заточек, побрызгали ядом. Он точнее и бескомпромисснее, безвоздушнее, легче с точки зрения исполнения.Черняков еще раз с блеском демонстрирует, что опера - это не далекие непонятные истории про каких-то людей в пыльных костюмах, это игра в себя, про  нас сегодняшних, и может быть даже больше про нас, чем любой драматический спектакль.

Причудливые зигзаги, которые выписывает колесо этих жестоких игр, складываются в финале во множество вопросов без ответа. Остались ли живы эти персонажи, учитывая, что это ролевая игра? Или же перед нами изначально были духи, которые вызваны умелым спиритическим сеансом? Может, это все лишь следственный эксперимент?  Добьются ли они торжества истинности в следующий раз? У каждого из героев своя правда, своя одиночная камера, но где же их общая память?  Точно можно сказать, что даже те, кто помнит свое прошлое, все равно помнят его не таким, каким оно было на самом деле, на земле уже правды не найти, и при всех желаниях справедливости месть - это блюдо, которое лучше вообще никогда не подавать.

 

Фотографии Виктора Васильева



Портал Субкультура