joomla

Kaash: танцы сослагательного наклонения (Пермь, Пермский театр оперы и балета)

Понравилось? Расскажите друзьям:

В рамках Дягилевского фестиваля Акрам Хан представил ритуальный "Kaash" на сцене Пермского театра оперы и балета. Яркую вязь восточного танца оплетала в слова наш корреспондент Екатерина Нечитайло.

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Большой черный прямоугольник с размытыми границами в белой рамке.  Неподвижная мужская фигура с обнаженным торсом в длиной черной юбке. Гомон, суета, гудящая звуковая масса наполняющегося зрительного зала. Он стоит лицом к неизвестности, смотрит в сторону пустоты, находится в ноль-позиции, улавливает энигматичные послания с другого края Вселенной. Они же галдят и рассаживаются, решают бытовые дела и скрипят креслами, выключают телефоны и шуршат программками. Спектакль Акрама Хана, показанный в рамках Международного Дягилевского фестиваля, тонкими нитями ткет сокровенный диалог между суетливым и степенным, метафизическим и осязаемым, повседневным и сакральным. За пятьдесят пять минут танцовщики "Akram Khan company" зарождают новый мир, выдвигаются к иным берегам существования, ставят громкость тишины на максимум, проверяют на прочность самые различные варианты "если бы".

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Британский хореограф и танцовщик бенгальского происхождения Акрам Хан не нуждается в представлении. Его работами мечтает быть украшена афиша любого международного фестиваля искусств, о его новом театральном языке говорят больше десяти лет, созданная им смесь индийского классического танца катхак и современной хореографии с каждым годом находит все больше последователей. В октябре этого года Москва восторгалась его спектаклем "ITMOI", посвящением Игорю Стравинскому и столетию "Весны священной", причудливым хореографическим ребусом, сотканным из движения, света, звуков,  дыхания и пыли, при просмотре которого хотелось думать не головой, а исключительно чувствами. Зрителям Дягилевского фестиваля-2015 выпала уникальная возможность оценить самую первую полнометражную работу хореографа, поставленную в 2002-м году, но восстановленную в 2014-м. Версию исправленную, усовершенствованную, дополненную.

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Спектакль "Kaash", что в переводе с языка хинди означает "если бы", начинается уже с момента входа в зал первого зрителя. Еще несколько минут после фестивального объявления танцовщик, обращенный к прямоугольнику, продолжает стоять, настраивая себя и всех присутствующих на тишину и пустоту. Кажется, что они обитают именно внутри этой геометрической фигуры, манят, призывают вступить на свое поле, сыграть по их правилам. Никакой агрессии, никакой паники, никаких лишних движений. Бездна без системы координат. Неспешности и созидательной медитативности придет конец, когда еще четыре исполнителя, три из которых являются девушками, вихрем ворвутся в пространство, пол которого устлан световыми полосами. Плотью они начнут осваивать теорию хаоса, гнуться и синхронить, завязывать руки в узлы, разрезать воздух ребром ладони, создавать волны из своих тел, двигаться вслед за рукой, ходить линией, периодически замирать в полуприсяди, группироваться, наклоняться вниз, складываться в половину. Это происходит то быстро, то медленно, то текуче, то резко, то ожидаемо, то внезапно, то молниеносно, то протяжно.  Их движения похожи на бросок кобры, всполохи костра, замысловатые изгибы дыма, который идет от пряных индийских аромапалочек.

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Под руководством Акрама Хана на глазах у зрителей танцовщиками вершится создание нового мира, дивного уголка, земли обетованной. Исполнители плавно водят руками по авансцене, будто разрисовывая стены,  останавливаются в позах, по чьему-то плану-указанию резко вскакивают и несутся к конкретному месту, плетя вокруг себя невидимые коконы. Они - шахматы в руках Всевышнего, которые двигаются по строго установленной траектории. И самое страшное в этой ситуации - остаться в одиночестве. Танцовщица начинает кататься по полу, извиваться, судорожно пытается встать, бьется в конвульсиях, вскидывает голову, мучается внутренним дьяволом. Чуть спокойнее ее движения станут лишь в момент, когда она увидит мужчину, себеподобное, живое. Пространство же, выстроенное художником-постановщиком Анишем Капуром и художником по свету Эйдином Малоне, кажется абсолютно безотносительным, наблюдающим, автономно эволюционирующим, трансформирующимся. Оно заливается густым красным, высвечивается желто - белым, погружается в полумрак, остается один на один со зрителем. Когда на фоне черного прямоугольника, обрамленного уже красным, нет никого из людей, не в шутку начинает казаться, что он то сужается, то растягивается, то самостоятельно шевелится.

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Все движения в этом спектакле неразрывно завязаны с музыкой, которую создал давний соавтор Хана, композитор Нитин Соуни. Это не иллюстрация и не оживление, не контрапункт и не озвучка.  Не то музыка побуждает к действиям, не то исполнители сами ее вытанцовывают. Она диктует, прислушивается, провоцирует, вбирает в себя энергию танца. В ней позвякивают индийские браслеты, стучит ритм сердец, слышен и пульс большого города, и шелест тканей. После перкуссионного начала с жесткими басами в звуковое полотно вплетается ритуальное "тарика-тарика-та-та", произносимое в разным темпах и формациях. Табла, цимбалы, ганги подчиняют себе всех и каждого. Активные музыкальные сегменты сменяются на плавные, иногда проглядывает звенящая и желанная тишина, барабаны переходят во вкрадчивый шепот, доносящийся сверху, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, что там есть кто-то с сильной и недрожащей рукой.

дягилевский фестиваль, акрам хан, akram khan, kaash, курентзис, пермский фестиваль оперы и балета, нечитайло

Гипнотическая совокупность танцевального словарного запаса, довольно простой, но запоминающейся музыки, филигранной отточенности, активного света и немыслимой энергии вводит в какую-то новую форму транса, предлагает иную степень включенности и внимания. "Kaash" - восточная философия, ветер в пустыне, морское цунами, землетрясение, которое необходимо для уничтожения старого города, чтобы появилась возможность выстроить новый. За час эфирного времени исполнители невероятной техничности, запредельный синхронности, неслыханной легкости плетут собой арабскую вязь, вяжут из себя узелки на память, выписывают телами строки на санскрите. Шаманят, дышат, не видят конца и предела, честно и отчаянно строят свою планету. Так бы они и продолжали. Если бы не было разных "бы".

Фотографии Антона Завьялова



Портал Субкультура