joomla

Десятников-гала: тот, кто нежнее (Пермь, Органный концертный зал)

Понравилось? Расскажите друзьям:

Дягилевский фестиваль торжественно отметил 60-летие композитора Леонида Десятникова. Об одном из самых значимых событий фестиваля, "Десятников-гала", рассказывает наш корреспондент Екатерина Нечитайло.

дягилевский фестиваль, десятников-гала, леонид десятников, теодор курентзис, permopera

"Я не Алексей Гориболь, а я не Леонид Десятников", - говорят главный менеджер Пермского театра оперы и балета Марк де Мони и дирижер Теодор Курентзис, открывая авторский юбилейный вечер одного из самых исполняемых современных российских композиторов. Оперы и балеты, оформление спектаклей и кинофильмов, симфоническая, камерная и прикладная музыка, работа с различными историко-музыкальными стилями-самобытные, открытые и гиперсексуальные опусы Леонида Десятникова всегда "трагически-шаловливы", трепетны, ускользающее - неуловимы, воздушны и терпки, наполнены нервом и внутренней драматургией. На концерте к 60-ти летию композитора зрителям Дягилевского фестиваля выпала уникальная возможность сделать внезапный шаг "В сторону лебедя", пройтись "По канве Астора", совершить "Оммаж Пьяццолле", испытать на себе "Возвращение" и отправиться из Перми в "Москву".

Выпускник Ленинградской консерватории Леонид Десятников - фигура значимая, многогранная и неисчерпаемая.  О его опере по роману Владимира Сорокина  "Дети Розенталя", поставленной Эймунтасом Някрошюсом в Большом театре, не спорил разве что ленивый, десятниковская музыка к фильмам "Кавказский пленник", "Тот, кто нежнее", "Олигарх", "Дневник его жены", "Мания Жизели", "Мишень", "Москва" плотно заседает в голове после первых минут прослушивания, его "Утраченные иллюзии" получили "Золотую маску" в номинации "Лучшая работа композитора в музыкальном театре", в его многочисленных  произведениях современное соседствует с многовековым культурным бэкграундом. Смесь трагического и комического, улыбка сквозь град слез нежной скорби, эмоциональное напряжение струн и новая простота.  Этот симфонический авангардист не стесняется писать на заказ, пробует разное и двигается на ощупь, ищет в минимализме человеческое лицо, выстраивает нотами целые книги с картинками, на которых все нежно, насыщенно и трепетно.

дягилевский фестиваль, десятников-гала, леонид десятников, теодор курентзис, permopera

Этот юбилейный вечер напрочь лишен пафоса и восторженных речей, огражден от музейности и раритетности. В них нет нужды. Только бесконечно живые звуки, атмосфера тихого семейного праздника, широкая известность в узких кругах. Сочинение "В сторону лебедя" для двух фортепиано, которое открывало концерт, делает реверанс одновременно и роману Марселя Пруста "В сторону Свана", и "Лебедю" из "Карнавала животных" Сен-Санса, и даже самому известному в мире озеру. Сам Десятников и его постоянный союзник Алексей Гориболь, усевшись напротив друг друга, совершают дуэтом скрупулезнейшую работу по созданию палитры эмоциональных поисков и метаний романтического героя. Здесь и связь с прошлым, и культурные аллюзии, и бесстрашные обманы, и зависающий звук. Активные фазы сменяются медленными волнообразными переходами, четыре руки взлетают все выше, музыкальный ток увеличивает напряжение с каждой секундой. "По канве Астора" и "Hommage a Astor Piazzolla " - два произведения, неразрывно связанные с аргентинским музыкантом и композитором второй половины двадцатого столетия Астором Пьяццоллой, чьи сочинения значительно обогатили жанр танго, представив его в современном ключе, вобравшем элементы джаза и классической музыки. Десятников в своем оммаже будто усмиряет страсти и волнения, приглаживает излишнюю вспыльчивость, уводит знакомые мотивы "Счастья моего" и "Утомленного солнца" в иное русло. Аккордеон выплетает осторожное кружево танго, по-женски вскрикивает скрипка, игриво отзывается рояль. Тема мультикультурного бульона, отзвука, багажа искусств продолжится "Возвращением" для гобоя, кларнета и скрипичного квартета. Весь опус, созданный в 2006-м году, строится на вариациях едва уловимой темы, которая явственно зазвучит лишь в самом конце. Вариации темы на тему, вечная оглядка, попытка окликнуть эхо в опустевшей комнате.

дягилевский фестиваль

Ловить ускользающую тень прошлого за локоток исполнители  продолжат и во втором отделении концерта, взяв в свою команду солистов оркестра "MusicAeterna". Сюита с названием "Песни советских композиторов и другие фрагменты музыки к кинофильму Москва" позволяет без труда пропутешествовать на машине времени в лихое и беспощадное пространство. "Москва" - фильм Александра Зельдовича о столице 90-х, городе без стыда, прошлого и судьбы. Городские интерьеры как главное действующее лицо; "не верь, не бойся, не проси" как главный девиз; отступление как смерть. Город "М" горит, мерцает, щупальцами заманивает в себя, ненасытно желает поглощать. Открытый, лишенный редукции звук Моники Санторо, приехавшей в "дАрАгую МАскву", здесь соседствует с академическими переливами Наталии Лясковой и Надежды Павловой. Кажется, что фрагменты сюиты являются дорогами с разными пейзажами, по которым нужно передвигаться различными средствами. Вот едем в поезде ("Пролог") на головокружительных виражах, а за окнами гудит город, издали казавшийся раем; вот топаем на лошади по разоренному селу ("Враги сожгли родную хату"); вот которые день движемся по жаркой пустыне, взяв тюки ("Баркарола"); вот замираем на желанной Красной площади ("Первый снег"). В этой музыке есть и пульсация города от аккордеона, и нежные солнечные лучи флейт, и суета скрипок, и тревога рояля, и основательное спокойствие саксофон - альта, и тринадцать ударов в колокол по чьей-то душе.

 В музыке Десятникова Гендель соседствует с Равелем, джаз сидит на смежном кресле с Бахом, Стравинский играет дуэтом с Сен-Сансом. Ему больше половины века, а он по-детски наивен, открыт, хитер и весел. Складывается ощущение, что порой он балуется, перебирая знакомые мотивы, играется, пускает по стенам солнечных зайчиков, достает из-за пазухи что-то вроде бы очевидное и понятное, но почему-то всегда спрятанное, скрытое, потаенное. Показывает секретик, долгое время находившийся под стеклом, замком и запретом. То, что громче тишины, но тише шепота. То, что находится чуть выше уровня горизонта. То, что видно и слышно только тем, кто нежнее повседневности.

Фотографии Павла Семянникова



Портал Субкультура