joomla

Алиsа: соображательное воображение (Екб, Екатеринбургский театр юного зрителя)

Понравилось? Расскажите друзьям:

Тем временем под музыку Евгении Терехиной режиссер и художник Даниил Ахмедов обратился к "Алиsе", "Реальный театр" - к сказке, Красноярский театр юного зрителя - к детям, а корреспондент "Субкультуры" Екатерина Нечитайло - к нашим читателям.

Евгения Терехина, Даниил Ахмедов, Алиsа, Реальный театр, Екатеринбургский театр юного зрителя

"Вы приглашены на безумно важное событие" - гласил слоган фильма Тима Бёртона "Алиса в стране чудес, вышедшего в 2010-м году. Пять лет спустя режиссер и художник Даниил Ахмедов, композитор Евгения Терехина, художник по свету Тарас Михалевский выстроили на сцене Красноярского театра юного зрителя свою страну чудес, которая чем-то похожа на предыдущие ее воплощения, но при этом совершенно уникальна. В их волшебную державу, как и в гости к Бертону, приглашены все дети от 6 до 99-ти лет, каждый будет иметь возможность получить свою персональную завлекалочку, личного белого путеводного кролика. Не вздумайте вставать со своих мест, пристегните ремни, приведите спинки кресел в вертикальное положение, откройте шторки на иллюминаторах, чтобы с визгом провалиться в глубокую нору, а потом впустить в себя знакомый сюжет профессора математики и писателя Льюиса Кэролла, где правит буйство красок, запущен каскад визуальных аттракционов, подключен восточный стиль, превалируют затейливые проекции и причудливые радиоуправляемые постройки.

Евгения Терехина, Даниил Ахмедов, Алиsа, Реальный театр, Екатеринбургский театр юного зрителя

По занавесу летят листья, поднимаясь от земли к небесам. Большое дерево с грибообразной кроной нависает над зрителями. Белый кролик в панталонах и фраке лукаво машет лапкой. "Алиsa" - театр художника в авторской раме. За два акта чудотворства цехов, техников, актеров, которые и летают, и прыгают, и танцуют, и совершают всяческие кульбиты, не звучит ни слова. Практически каждую мизансцену можно считать готовой картиной, зрелищные элементы цирка переплетаются с событийным повествованием, эффектность переходит все возможные пределы. В пространстве Даниила Ахмедова фантастический ландшафт меняется со скоростью пикирования: огромная книга, из которой появляются герои, сменяется на череду дверей; снежная улица уходит в уютную траву; кровавое царство Королевы появляется из-за спины Чеширского кота. Маленькая (Злата Волегова) и взрослая (Елена Кайзер) Алисы в голубых платьях, колготках в ромбик, с распущенными русыми волосами, развевающимися при беге, похожи друг на друга, как две капли воды. Они вместе входят в Зазеркалье, изучают новый мир, следуя за кроликом, и, кажется, останавливаются за несколько миллиметров до земли, боясь испугать приближающееся чудо.

Евгения Терехина, Даниил Ахмедов, Алиsа, Реальный театр, Екатеринбургский театр юного зрителя

Дальнейшее невероятное путешествие можно назвать Удивляндией, Чепухандией или Вообразилией, сном на основе реальных событий, мрачноватой сказкой Терри Гиллиама, миром, в котором шушукаются деревья. Опорные точки истории Кэролла идут вперемешку со скетчами братьев Траляля (Юрий Суслин) и Труляля (Александр Князь), Гусеница (Елена Половинкина), похожая Шиву, выпускает реальные дымовые кольца, игра в крокет производится балеринами - лебедями, Алисы множатся, пугая друг друга. Развитию истории помогает видео (видеохудожник - Денис Зыков), которое периодически заполняет все пространство, усиливая визуальное восприятие. Но видео здесь - не телевизор на заднем плане, не надуманный элемент, не мертвая визуальная фишка, а живое существо, на которое реагируют и с которым взаимодействуют. Отдельными произведениями становятся музыкальная и световая партитуры. Художник по свету Тарас Михалевский то заливает все густым синим, усиливая загадочность, то разделяет планшет сцены на пятна пучками белого, то упестряет полянку оранжевым, доставляя детям невыразимое удовольствие, то создает контровыми потоками танцующие тени. Свет бьет из пола, зависает над залом, меняется на музыкальные акценты. Музыка Евгении Терехиной, пронизанная мерцанием ударных, переливами ксилофонов и виброфонов, невероятно адекватна происходящему на сцене: удивление сопровождается подвешенными интонациями, восторг подсвечен лихими звуками духовых, опасность сопровождается острыми скрипичными пассажами, вкрадчивый шепот укрупняет страх и ожидание. Ее мелодии схожи одновременно и с "Аквариумом" из "Карнавала животных" Сен-Санса, и с кинематографической музыкой Дэнни Элфмана, но при этом самобытны, невероятно эмоциональны и стильны.

Евгения Терехина, Даниил Ахмедов, Алиsа, Реальный театр, Екатеринбургский театр юного зрителя

Черствая и зловещая атмосфера царит во втором акте, где в свои права вступает Красная Королева, которая в красноярском варианте является больше капризной экстравагантной червовой дамочкой, чем владычицей земель. Кажется, что если бы она говорила, то обязательно визгляво, скрипяще, противно. Она катается на своем платье-ракушке, будто на красном лимузине, верховодит всем процессом, руководит охранниками-картами, барабанящими почем зря. Танцуют здесь ломаными движениями, зомбиобразно передвигаются, вытягиваются, как на параде. Если она не получит свое - голову с плеч.

Евгения Терехина, Даниил Ахмедов, Алиsа, Реальный театр, Екатеринбургский театр юного зрителя

По залу то и дело проносятся огромные шары, передавая привет "Снежному шоу" Славы Полунина, Алиса в полете зависает над зрителями, клубы дыма переливаются разными цветами, периодически звучит детское "вау". Малыши в сложных ситуациях громко говорят героям подсказки, взрослые же тихо сидят в обалденни от визуальной картинки. Эту историю нельзя обвинить в архаичности - она рассказана предельно современными средствами, не дает ни малейшего права на сомнение в подлинности происходящего.  Вся фантастичность мира "Алиsы", созданного Ахмедовым, даже не в логике и понимании, а в их отходе на второй план. Спектакль не перенасыщен подвохами, во время просмотра нет необходимости брести от одного чуда к другому, потому что значения имеют лишь цветные пятна сна фантазии, их математическая строгая выверенность. И, конечно, вера в чудо - орудие против скуки и обыденности, портал в мир, где нет никакого повседневного "нельзя", кроме твоего собственного, ворон и письменный стол - братья, а соображательное воображение открывается с одного хлопка в ладоши.

Фотографии Михаила Маклакова



Портал Субкультура