Колесо размышления.

Творческие блоги поэтов, писателей, музыкантов, режиссёров, путешественников, актёров и других талантливых личностей!
Создайте блог быстро, бесплатно и публикуйте свои произведения!
Живу и работаю в Санкт-Петербурге. Здесь же пишу и выступаю. По образованию историк, призвание - литература, работаю в сфере с этими направлениями никак не связанной)

Петербургское стихотворение.

Петербургское стихотворение.

Говорят у эскимосов сто слов для обозначения снега. 
Здесь у нас другая беда. Она очень проста. Наша Альфа и Омега. 
В тот момент, когда ржавчина доходит до шляпки гвоздя, 
Мы ищем сто первое слово. Для обозначения дождя. 
Мы не привыкли просить дождь закончиться. Ведь он снова начнется. 
Скорее всего завтра. Также как он был и вчера. 
Сегодня просто большая влажность, ноги насквозь промокли. 
Но это просто наша такая любимая игра. 
Шлёпать по лужам и не забыть дома зонтик, даже если по прогнозу наступила солнечная пора 
Нас не проведешь, мы знаем такое тоже возможно, однако, далеко не всегда. 
Хотя мы уже ведем переговоры с эскимосами. Чтобы найти этого поставщика снега и дождя. 
Они крайне суровые парни и намотают его на ус, 
А может на что другое, мне заранее жалко этого нерадивого поставщика. 
Нашу погоду хорошо запивать горячим, а лучше горячительным, чтоб не простыть, 
Ну вот вам, собственно говоря, и объяснение, почему в песне поется: "В Питере - пить!" 
Стоя на поребрике, заедая дожди шавермами и корюшкой, задаюсь простыми вопросами! 
Как же ускорить приближение "золотого века"? Заключение союза. Между Петербургом и эскимосами!

Продолжить чтение

Стадии одиночества.

Стадии одиночества.

Первая стадия одиночества.   

В ней сладость кофейных зёрен и горечь сахара,

...
Продолжить чтение

Силуэт в окне.

Силуэт в окне.

Идешь, знаешь, таким твёрдым, уверенным шагом, 
Идёшь и, будто, не осознаешь, что тебя сейчас провожают взглядом, 
Идёшь, и про себя твердишь, как заклятье, 
«Не обернуться! Не оборачиваться!». 
А звучит… Словно проклятье. 
Идёшь так, что может, действительно, океан тебе по колено. 
Взгляд жесткий. В душе же морская пена. 
Стекает по гальке. Меж каменных жерновочков, 
Перемалываешь крошево из очень острых кусочков, 
Нежности, расстояний, бесед на кухнях, 
Необходимых, намного сильнее, чем даже теплого хлеба краюха. 
Идёшь, не сворачивая, впереди угол дома, 
Завернешь за него и всё... Кома. 
Кома сознания, эмоций, рассудка, 
И рвётся из глубины. Нужно обернуться! 
С каждым выдохом ботинки втаптываются в асфальт. 
Как смешно. Он прочнее сейчас, чем воля или базальт. 
Не выдерживаешь и на какое-то мгновение оглядываешься, 
Ловишь силуэт. И не глазами, самым потаенным, его тихонько касаешься. 
Он застыл резко очерченным контуром в оконной раме, 
Эту секунду, это мгновение, никак не удается передать словами. 
Вдох судорожный, рвущий грудную клетку, 
На пределе усилий ломаешь себя с треском, как сухую ветку. 
Силуэт загорожен бетонной стеной, 
Долгий путь впереди и вроде бы домой. 
И мысль одна. Ты слепец в такой безумно яркой вспышке света. 
Но только в нём твоё откровение, сущность, твои поиски на всё ответа. 
И кричится до дрожи, до самого рассвета. 
Ищите свою оконную раму, а в ней отражение. Своего силуэта!

Продолжить чтение

Ольга.

Ольга.

- Ты когда-нибудь хотел стать драконом? - спросил меня Ким. 
Я закашлялся. Сладковатое белое вино, которое мы пили сидя на веранде его загородного дома, попало мне не в то горло. Вот сами посудите, вы прекрасно проводите законный выходной, вокруг сосновый, пахнущий вечером и ностальгией лес, на столе мясное и овощное изобилие, теплое июльское солнышко только касается краем диска рвущихся в небо верхушек деревьев, а тут такой вопрос. 
- Не знаю, - настороженно ответил я, - Никогда об этом не задумывался. Хватает других проблем, если честно! 
- Понимаю, - ответил он и надолго замолчал. 
Я с удивлением смотрел на него. Закатные лучи освещали спокойное, чуть отрешенное лицо. Глаза, еще несколько минут назад оживленные и насмешливые, вдруг разом потускнели и наполнились странной тоской. Помнится, тогда мне показалось, что ему ударило в голову молодое 'шардоне', уставившее стол стройными бутылочными рядами. Впрочем, Ким быстро развеял моё заблуждение. Встав из удобного плетеного кресла, он подошел к резным перилам, нервно достал пачку сигарет и закурил. Ароматный дымок струился между его пальцев. Нет, всё же он совершенно не походил на человека, не рассчитавшего сил в нашей маленькой войне с заключенным в зеленоватое стекло противником. 
Мы были знакомы с ним не так давно. На какой-то из вечеринок, посвященных очередной удачной сделке нашей компании, к нам с женой подошел молодой мужчина лет тридцати, невысокий, худой, с тёмно-каштановыми, вьющимися волосами до плеч, и непринужденно представившись, начал болтать о всяких пустяках. Это получалось у него настолько естественно, что первоначальная неловкость сменилась приятной, почти дружеской атмосферой. Для нас с Хелен это стало глотком свежего воздуха среди чопорной обстановки корпоративного празднества. Вокруг нашей маленькой группы, то и дело взрывающейся смехом от очередной удачной шутки, начали собираться уставшие от офисных приличий коллеги. Вечер был спасён и с тех пор мы достаточно часто стали пересекаться с ним за ланчем, иногда заходя друг к другу в гости на уик-энд. 
Хелен уехала к родителям на неделю, а я, оставшись по делам в душном, пыльном мегаполисе с радостью принял предложение Кима провести пару дней в, как он выразился: 'Моей скромной обители покоя и тишины'. Так мы и проводили время, ведя неспешные разговоры обо всём на свете, иногда делая перерыв для шахматной партии, в которой для меня за счастье было вырвать ничью, да и то создавалось впечатление, что такой результат становился лишь следствием расположения, испытываемого ко мне моим недавним знакомцем. 
Между тем хозяин дома чему-то грустно улыбнулся, в начинающие сгущаться сумерки, и вернулся к ожидающему его бокалу. 
- Знаешь, - обратился он ко мне, - А мне однажды довелось им стать! 
- Кем? - не понял я, за время возникшей паузы, потеряв нить разговора. 
- Драконом, - к Киму вернулась его излюбленная парадоксальная раскрепощенность. 
- Почему? - вопрос был не самым умным, но почему то единственным, пришедшим мне в голову. 
- Ольга, - просто сказал мой собеседник. 
Я понял, что этот бредовый диалог может продолжаться до тех пока мой собеседник не сочтет меня окончательно запутавшимся. Ким умел и любил играть словами, искусным ткачом, скрывая за воздушным кружевами истинный смысл своих речей. 
- Расскажи по человечески, пожалуйста! - осознав, что это прозвучало несколько жалобно, и, торопясь исправить впечатление, я добавил, - Просто ты иногда сводишь меня с ума своими загадками! 
Он неожиданно очень по-доброму улыбнулся, будто осветившись изнутри мягким, согревающим сиянием и, устроившись поудобнее, начал говорить: 
- Это случилось несколько лет тому назад. Я только закончил колледж и готовился к поискам работы. Моё будущее представлялось мне прямым и ясным. Карьера в одной из адвокатских контор, статус младшего партнера, жена, дети, собственный дом, при удаче своё дело годам к сорока, - его голос напоминал неспешное течение воды в широкой реке, погружая слушателя в ткань повествования, - Всё изменила одна единственная встреча, вернее не встреча, а письмо. Был у меня тогда такой обычай. Каждое воскресенье я выделял пару часов на разбор накопившейся за неделю корреспонденции. Начиналось всё с разделения конвертов по стопкам. В одну из них я клал различные рекламные проспекты и предложения, их я потом с особым удовольствием использовал для розжига барбекю, во вторую шли предложения о работе и сотрудничестве, в третью редкие весточки от родителей, знакомых и друзей. Разобравшись со второй пачкой, я наливал себе стаканчик бренди и приступал к третьей. Её письмо, чуть не оказалось в первой, не подлежащей прочтению. До сих пор не знаю, что заставило меня переложить простой, с небольшими фигурными вставками по бокам прямоугольник на место, предназначенное для вестей от близких мне людей. Вскрыв его, я обнаружил аккуратно сложенный лист бумаги, на котором была написана одна единственная фраза: 'Хочешь ли ты стать драконом?'. Там же находилась фотография молодой женщины с печальными, но безумно красивыми глазами. На обратной стороне находился обратный адрес почтового отделения и простая подпись: 'Ольга'. В другое время я счёл бы это всё неудачной шуткой и, посмеявшись, отправил бы послание в мусорную корзину, или сохранил как пример забавного розыгрыша, через несколько дней напрочь забыв о нём. Но не тогда. Глядя на эти кажущиеся живыми даже на изображении глаза, я одним росчерком вывел 'да' на том же листке и, запечатав, оправил его в почтовый ящик. 
Ким опять замолчал, пристально глядя на какую то одному известную точку на столешнице. Выждав с минуту, я невольно захваченный необычной историей, поторопил его: 
- И что же было дальше? 
- А дальше...Дальше было безумие. Мы переписывались, отправляя друг другу по несколько писем в день. В них было всё, я не буду этого касаться, ведь такие вещи важны только для двоих. Бедный почтальон, наверное, проклинал нас, курсируя на своем стареньком велосипеде по одному и тому же маршруту. Потом была встреча, мы оба хотели и одновременно боялись её, слишком неожиданным и странным было наше знакомство. Мы встретились и она, глядя на меня, еще раз спросила про драконов. Помню, я рассмеялся и ответил также как в первый раз. Внезапно мы перенеслись в какой то другой мир, там было высокое, бездонное небо, за спиной у меня были два крыла, туловище было огромным и исполненным силы. Обернувшись, я увидел Её. Знаешь, я никогда не думал, что существуют подобные создания. Совершенные линии изгибов стремительного тела, длинный изящный хвост, крылья, распахнутые, трепещущие в ожидании радостной схватки с воздушными потоками и глаза - вертикальные зрачки дракона и человек прячущийся в их глубине. В её взгляде была радость и ожидание чуда. Оттолкнувшись от земли, мы одновременно взлетели. Человеку не дано познать это чувство, когда только собственные крылья удерживают от падения в бездну. Так я стал драконом. 
Потрясённый, я залпом опустошил почти половину бутылки, жадно глотая вино и не ощущая вкуса. Мысли бежали стремительным аллюром, легко преодолевая все барьеры. Было только два варианта или мой друг говорит правду, или он безумец. Ким нисколько не походил на сумасшедшего, значит... Значит это всё правда? 
- Я не лгу, - спокойно подтвердил Ким, - Хотя твоё право мне не верить. 
- Что же случилось потом? - мой голос слегка подрагивал. 
- Она не захотела возвращаться, - грустно сказал он, - Осталась там, в вышине, думаю, и сейчас она летает меж облаков наперегонки с ветром. А я не смог, во мне было тогда слишком много от человека и слишком мало от дракона! 
Еще одна пауза повила над верандой. Я не смел нарушить наступившую тишину. 
- С тех пор я учусь. Учусь каждый день, каждую минуту, - продолжил Ким, когда мне уже показалось, что история окончена, - Никто, оказывается, не знает, как стать драконом. Ни в одной книге, ни в одном архиве я не нашел ни единого упоминания об этом. Но я обязательно найду способ... 
На этот раз он умолк окончательно. Мы просидели до самой темноты, думая каждый о своём, лишь изредка наполняя заново бокалы. Ночью мне снилось нечто странное, но я до сих пор не могу вспомнить, что именно. Следующим днём мой гостеприимный хозяин был весел и беспечен, отвезя меня домой, он крепко тряхнул на прощание мою руку и предложил обязательно приехать к нему еще раз, когда вернется Хелен. 
Шло время. Я начал забывать наш случайный разговор, и не вспоминал о нём, пока однажды Ким не пропал. Поиски не дали ни единой зацепки, казалось, человек просто исчез среди бела дня не оставив после себя даже крохотного следа, ведущего к разгадке. Об этом случае много писали в газетах. 
Однажды вечером, я открыл почтовый ящик, в котором оказалось письмо в белом, прямоугольном конверте с небольшими фигурными вставками по бокам. Странное предчувствие овладело мной, когда я, достав, острый нож для бумаги взрезал плотный пакет. Внутри находился сложенный пополам листок, память постучалась в мой разум и вошла в него, несмотря на дикий, беспричинный страх. Дрожащими руками я расправил бумагу. Черные крупные буквы на идеально белом фоне гласили: 'Хочешь ли ты стать драконом?'. Конверт упал на пол, и из него выскользнула фотография...

Продолжить чтение

Визит.

Визит.

Я жду полночь каждое полнолуние. Замираю от стука в дверь. Открываю засов. 
На пороге, стоит импозантный мужчина. В черном костюме-тройке. В глазах пляшет пламя, в руках бутылка виски, он словно вестник из снов. 
Его не портят изящный хвост и копыта. Не торопясь, он проходит на кухню, достаёт бокалы и содовую, наливает по одной. 
Сегодня ночной разговор. Долгий. Какая там завтра работа? Тем более после виски. К чертям! 
/Прости, гость мой!/ Завтра беру выходной! 
Он так в первый раз и пришёл. Говорит, что работы не стало. Мол, я – профессионал. Только нынче такое время, что спасает только бокал. 
С горячительным и крепким. Мол, я – чёрт, а поговорить по душам, стало просто совсем уж не с кем. 
Чёрт от этого очень устал. 
Вот и пьёт со мной в полнолуние уже несколько лет подряд. Всё грозится, что бросит работу и уйдёт чистить райский сад. 
Мне его немножечко жалко. Там в аду очень строго с отчетностью. Сколько душ загубил за неделю, расписать надо с полной четкостью. 
Ну а как тут бедняге справиться? Ведь куда не пойдёт – беда. Каждый новый клиент лишь морщиться, что всё это для дурака. 
Соблазнять на красивых женщин, или может быть на мужчин? Не смешно даже, встаньте в угол! 
Есть для этого заклинание. Называется – OK, Google! 
Или вот, заскочил ненадолго, он к певцу Моисееву Боре, утешал после этого долго, ведь у чёрта такое горе! Он ему про признанье и славу! Про овации, что слаще вина! Бедный дьявол! Теперь ему сниться… с хрипотцой… «Голубая луна»! 
И богатство уже не причина, для настоящего грехопадения! Столько стало прекрасных способов получить миллион без терпения! 
Тут ведь трейдеры, боты, биткоины, облигации, фьючерсы, акции и еще очень много всего, больше лозунгов, чем на демонстрации! 
И куда, понимаешь, не плюнь, всё одна и та же история! Соблазнять уже вовсе и не чем, вот такая фантасмагория! 
И сидим мы с ним тут на кухне. Грустно смотрим на полнолуние. Виски пьём, предаемся раздумьям… 
Заходите на огонёк. Может вместе чего и придумаем?

Продолжить чтение

Перед четвертым поворотом.

Перед четвертым поворотом.


Громкий гудок поезда разорвал ночную тишину, обрывая очередное объявление дежурной по вокзалу на полуслове. Кряхтя и покашливая, старенький песочного цвета тепловоз подтягивал грузное, длинное тело состава к тускло освещённой туше платформы. Немногочисленные будущие пассажиры, позевывающие на перроне, и, в связи с поздним часом, еще меньшее число провожающих, подхватили свои сумки, баулы и чемоданы, в радостном возбуждении от, наконец, закончившегося томительного ожидания. Издав пронзительный скрип, вагоны остановили свой натужный, после окончания длинного перегона, бег, и устало привалились к надежному плечу станции. Дверцы распахнулись, открывая прокуренный зев тамбуров, впуская свежую струю воздуха в душноватое нутро купейных клетушек. Сонные проводники, в полумраке похожие друг на друга как оловянные солдатики, наскоро проверяли билеты, поторапливая отъезжающих, если те, паче чаяния, задерживались на входе, скованные многочисленными пожитками. Стоянка длилась ровно три минуты. 
Состав, регулярно курсировавший между популярным курортом и столицей, пользовался заслуженной популярностью среди всех слоев населения не только благодаря своей надежности. За десятки лет не было зафиксировано ни одного опоздания, и экспресс превратился в синоним точного времени. Многие так и отвечали на вопрос, который час: 'Сейчас четвертая станция!'. Имелось в виду, что нынче только-только пробило двенадцать часов пополудни, и, верный своим привычкам состав, как раз забирает счастливых обладателей билетов на четвертой по счету остановке от вокзала. Наряду с репутацией, у поезда была своя неповторимая атмосфера. Существовали более комфортабельные и быстрые конкуренты. Множество живописнейших мест, по которым были проложены тонкие нити рельсов, только и ждали посетителей. Но только здесь необычная аура слухов и легенд, окружавшая этот первый в стране железнодорожный маршрут, манила неразгаданным сладковатым вкусом тайны и причастности к чему-то необычному. 
Тысячи баек, передаваемых из уст в уста, рассказывались в пристанционных кафе и барах, густо облеплявших любую мало-мальски значимую остановку на пути следования. Приведения и призраки, необычные случаи и курьезы, ограбления и поиски преступников, свадьбы и смерти, чего только не происходило за эти годы. Только локомотив неизменно привозил пассажиров точно по расписанию. 
Одной из самых известных историй, связанных с ним, было поверье о желании. Якобы, раз в месяц одному из пассажиров выпадает невиданная удача. Желание, загаданное им, обязательно сбудется в самое ближайшее время, какие бы препятствия не стояли на пути его осуществления. Все всегда и везде, знали человека, который знал того человека, чей знакомый и стал счастливчиком. Только никто и никогда не вдавался в подробности и не говорил, что именно произошло. Однако не бывает дыма без огня, и многие с удовольствием верили в эту небылицу. Конечно, никто в действительности не занимал места на комфортабельных полках только для того, чтобы испытать Госпожу Фортуну, однако, у каждого мелькала на краешке сознания мысль, что, может быть, именно в этот раз, она улыбнется именно ему. 
Пожилой мужчина, лет шестидесяти с небольшим, сидел у окна пустого купе, безучастно наблюдая за проносящимися мимо деревьями, и маленькими глоточками отпивал горячий, крепкий чай с лимоном и мелиссой. 
Вожатый, в очередной раз, проходя мимо приоткрытой двери, кинул на него быстрый взгляд и едва заметно пожал плечами. Всё было как всегда. Примерно через двадцать минут чай будет допит, и к тому моменту нужно будет налить новый. Сейчас же было время завершить ежечасный обход. В принципе, именно сюда можно было и не заглядывать. Подобную этой картину проводник наблюдал с того самого приснопамятного дня, когда еще совсем юношей он в первый раз, лучась от гордости, встречал будущих путешественников возле своего вагона. Сколько ж это было лет назад? Давненько! Дочка вон уже скоро замуж пойдёт! Нынешний начальник поезда, который работает здесь чуть ли не с первых дней существования линии, еще тогда, на стажировке рассказывал про этого постоянного клиента. Чудны дела Твои Господи! Такое впечатление, что этот пассажир не пропустил ни одной поездки за всё время. Ерунда, конечно, такого быть просто не могло. Но так и тянуло присовокупить еще одну загадку к уже существующей обширной коллекции, заботливо собирающейся им уже несколько лет. Когда он уйдёт на покой, можно будет издать книгу, которая обязательно станет бестселлером. Даже странно, что при таком богатстве материала никто еще не додумался до этого... Вздохнув, он направился к титану. Пора было нести следующий стакан ароматного напитка, и, наполнив вазочку мелкими, хрустящими на зубах сушками, непременно положить сверху пару кусочков белоснежного сахара. Традиции нужно соблюдать! 
Мужчина кивком поблагодарил за чай и вновь отвернулся к окну. Он был знаком с каждым деревом, каждой станцией, каждым изгибом дороги, но что-то заставляло его раз за разом с неусыпным вниманием наблюдать за проносящимся мимо пейзажем. Сколько раз он уже говорил себе бросить это бесполезное занятие, не тратить своё время на бессмысленные с точки зрения, здравого человека поездки. Однако, каждые выходные ноги сами несли его к кассам вокзала, где заранее отложенный билет дожидался своего законного владельца. Привычка оказывалась сильнее. Пассажир тяжело вздохнул и выработанным годами жестом потёр переносицу. Сколько еще можно ждать чуда? Если посчитать всё время в пути, то он провёл на этом самом сидении более двух лет в общей сложности, триста рейсов или восемьсот дней, а всё потому, что однажды давным-давно поверил в волшебство. Легенда о желании пассажира. Услышав её еще в детстве, он твердо решил для себя, что это правда. Он так тщательно рассчитал, собрал всю доступную информацию, соблюдал все условия и по теории вероятности давно уже должен был получить свой шанс. Сотни, впоследствие выигравших в лотерею, получивших неожиданное наследство, выздоровевших от тяжелой болезни вышло из поезда. Больше всего их было именно из этого купе и с этого самого места. Только для него ничего не менялось, совсем ничего. Если бы дело касалось только того, чтобы заработать большую сумму денег, построить дом, научится необычному ремеслу или решить любую другую выполнимую задачу, всё это было бы давно сделано, но ему нужно было совсем другое. Изменить прошлое, стереть из него один единственный поступок, который определил всю его дальнейшую судьбу, избавиться от груза совершенной ошибки, переписать всё заново - вот что стало целью его жизни. Он никогда не отступал, не имел такой привычки, и, поставив задачу достичь невозможного, приступил к ней с той основательностью, которая являлась основой его характера Другого пути не существовало, значит, он пройдёт по этому до конца. Перед глазами до сих пор стоял тот день, её равнодушные глаза, пустой голос, еще недавно искрившийся эмоциями, страшная, разрывающая на куски, боль потери. И тогда, еще совсем молодой человек решил, что всё можно исправить... Поезд обязательно прислушается к его просьбе. А в памяти до сих пор колоколом звучали её слова: 'Ты не можешь склеить разбитую статую заново - в ней всё равно будут трещины. Мы не можем изменить прошлое. А я не могу тебе поверить'. Он хотел предложить начать всё заново, но она уже уходила. Только чудо, в которое он упрямо верил вопреки всему, могло ему помочь. 
Проводнику был ведом этот секрет, одна из множества тайн, хранимых старинным поездом. Желания исполняются, если они не касаются судьбы другого, ведь каждый полностью свободен в своём выборе. Нельзя изменить прошлое, можно полностью поменять будущее, и для этого не всегда нужны подпорки в виде чудес - всё находится в руках идущего. Сколько раз по ночам ему приходили эти слова во сне. Почему то, каждый раз, когда вожатый видел этого мужчину, его охватывала жалость и желание помочь, слишком печальным тот выглядел, но он останавливал себя. Не его дело вмешиваться, он лишь следит за порядком. 
Локомотив продолжал свой неспешный бег по ровным параллелям рельсов. Каждый раз, когда он проходил третий поворот после этой станции, что-то менялось в окружающем пространстве. Множество факторов складывались в одну уникальную возможность изменения. Самыми важными были надежда, движение и катализатор. Надежды вносили с собой множество людей каждый уик-энд, садившиеся в его вагоны. Сам же поезд, ведомый опытнейшим машинистом, всегда входил в нужный изгиб с одной и той же скоростью. И тогда рождался шанс... Если бы у локомотива были сознание и эмоции, он бы наверняка посочувствовал, тому, кто служил катализатором, ведь именно его воля, направленная в к невозможному, завершала процесс и давала другим то, чего он так страстно желал для себя... 
Неожиданный толчок заставил дрогнуть состав, горячая жидкость выплеснулась из стакана, и, благополучно миновав светлые брюки, расползлась по полу, принимая в себя рассыпающиеся сушки. Мужчина встал со своего места и в недоумении оперся о стенку купе. Надо же, впервые за много лет незапланированное происшествие! Рука задержалась на отполированном дереве, пробежалась по тёплой, резной поверхности. Он прислушался, и, ощутив вернувшийся ровный перестук колес, глубоко задумался. Незаметно они миновали третий поворот от станции: пассажир - впервые стоя, локомотив - впервые нарушив, привычный распорядок движения... И почему то со стороны казалось, что оба улыбаются...

Продолжить чтение

Перчик халапеньо.

Перчик халапеньо.

Перчик халапеньо.

Когда- то давно все хотели стать докторами, космонавтами, лётчиками, 
То время давно ушло вспять, на смену пришли бандиты, банкиры, налетчики. 
И эта эра тоже минула, пришла эпоха юристов и менеджеров всех направлений, 
Кем хочу быть, я для себя четко обдумал! Хочу стать перчиком халапеньо! 
*** 
Хочу, чтобы, когда меня попытаются сожрать, различные гуманоиды. 
Я обжигал бы их красную пасть, так, чтобы обо мне писали таблоиды. 
Что я вовсе не либерал, не разделяю ценности толерантотерпения! 
И может даже, что я злодей-каннибал! Хотя я всего лишь перчик халапеньо! 
*** 
Меня надо добавлять понемногу, чтобы получилось вкусное блюдо, 
Да только нынче "талант" пожевать, заставляет впасть в зависть верблюда. 
С детства учат всё есть без разбору, нарабатывать это умение. 
Оттого и решил я давно! Быть мне перчиком халапеньо! 
*** 
Выжигать как супергерою, применять свою суперспособность, 
Вызывать у моих дегустаторов, за себя небывалую гордость! 
Сколько белых пятен истории, сколько черных дыр во вселенной! 
Только белые дыры сознания вызов перчику халапеньо! 
*** 
Но один у меня лишь вопрос, он мучителен, как сомнения! 
Всё пытаюсь и не пойму, как стать перчиком халапеньо?!

Продолжить чтение

Аукцион.

Аукцион.

Здравствуйте, дамы и господа! Последний лот сегодняшнего аукциона! 
Вот он! Новорожденная душа, чистая, не ведающая закона! 
Уникальная возможность, как на чистом холсте, нарисовать её путь, сложный или простой! 
И за всё это смешная цена. Стартовая. Всего в один золотой! 
О, как всегда первая, гражданка Совесть, как всегда, её цена начальная, 
Кошелек у неё, как всегда, пустой, и судьба тех, кто с ней, как всегда, печальная! 
Ставки делаем, господа! Так! Вижу! Идёт повышение! 
Пять золотых? Госпожа Доброта, вы бы сбросились с Размышлением! 
Вот оно сидит, как всегда, в задумчивости, о тропах, видимо, Мироздания! 
А добавило бы золотой, прошагало бы все расстояния! 
Тут совсем другой разговор! Сразу двадцать! Уважаемое Тщеславие! 
Сразу видно, что не скупитесь. Вы, двухголового орла, двухглавее! 
Пятьдесят! Вера. Нынче в моде. Каждый верит, во что горазд! 
Кто в церквах, кто в свободу слова, в атеизм, что как волк клыкаст! 
Как же ждал я вашего слова! Сразу тысяча! Будет вашей подданной! 
Не сосчитаны ваши последователи! Господин Невежество, браво! Продано!

Продолжить чтение

Партия в шахматы.

Партия в шахматы.

- Во что сегодня будем играть? - раздался голос из тёмного угла небольшой комнаты. 
- Да во что хочешь. Сам же знаешь, что мне неважно какая игра, главное с кем. 
- Вот поэтому я и не люблю играть с тобой! Слишком часто меня преследует чувство, что я проиграл, даже если выиграл! 
С другого конца помещения раздался тихий смешок. 
- Ты же знаешь с кем садишься за игровой стол. 
- Знаю. Также как и ты знаешь, что с другими мне не интересно. 
- Когда же ты поймешь, мой лучший ученик, что важен не результат, а сам процесс? Ладно, давай начнем. 
На столе, стоявшем ровно посередине комнаты, появилась резная, инкрустированная драгоценностями доска. 
- Опять шахматы? - грустно произнесли с затененной части каморки. 
- В прошлый раз ты говорил то же самое про карты! - усмехнулись с противоположной. 
- Но, согласись, в шахматы мы играем чаще всего! 
- Да, но только когда того требует ситуация. 
Стулья слегка заскрипели пододвигаемые к месту будущего сражения. 
- Эх, с тобой не поспоришь! Начнём? Я как всегда чёрными? Тогда ходи. 
*** 
Интермедия 1. 
Он: 
Устал. Вот просто устал. Может действительно взять пару дней отдыха. Выключить телефон, забыть о делах и просто побыть на природе? Вставать не по звонку будильника, а когда хочется, вдыхать запах летнего леса и разнотравья, пить одуряюще вкусный чай на ключевой воде и почувствовать тишину... 
Она: 
Завтра я, наконец, сяду в автобус и осуществлю свою мечту. Как же хочется, наконец, увидеть своими глазами то, что раньше было доступно только по фотографиям. Главное не проспать. Выезд так рано. Надо поставить все будильники. Сколько их у меня там? Три. Вот все три и заведу. 
*** 
Белые уверенно теснили черных с самого дебюта партии. Выстроенная защита, трещала по швам под выверенными и рассчитанными на много ходов вперед атаками. 
- Всё как всегда, - грустно вздохнул игрок, выбравший черный цвет фигур, - Ты позволяешь мне иногда выигрывать, а когда нужно, делаешь всё так как решил, но всё же когда-нибудь я выиграю у тебя сам! 
- Когда-нибудь, безусловно, - легко согласился его противник, - И тогда ты перестанешь быть моим лучшим и любимым учеником. 
- И что тогда? 
- Этого не знаю даже я, иначе было бы совсем скучно! 
- Мне интересно ты не знаешь, потому что не можешь или потому что не хочешь? 
- Шах! Ты же сам знаешь ответ. 
*** 
Интермедия 2. 
Он: 
А ладно. Отдохну когда-нибудь потом. Поеду все же на концерт. Друзья вроде так звали! Неудобно! Да и погода вроде немного портится. Во сколько там электричка? В три с небольшим? Вот как раз и успею практически к началу. 
Она: 
Как? Как такое может быть? Всю жизнь вставала по первому звонку, а тут вообще непонятно. То ли так глубоко уснула, то ли не сработали. Но не могли же все три одновременно сломаться? Куда вы там предлагаете пойти? В первый раз слышу! Можно, наверное! Эх, жалко то как с поездкой.... 
*** 
- А мы вот конём закроемся, - с азартом произнес противник белых. 
- Размен, - с плохо скрытым удовлетворением ответили ему. 
- Ладно, поборемся еще, ќ- черные переставили короля на одну клетку вправо, - Я вот всё думаю, может попробуем кого-нибудь ещё на моё место? Так хочется сказать всем правду! 
- Люцифер, сын мой, сколько раз мы об этом говорили! Людям и даже ангелам еще слишком рано узнать истину. А кроме тебя некому. Ни один из других архангелов, ни Михаил, ни Гавриил, ни даже Рафаил, не сможет так достоверно сыграть твою роль. Им нужен еще противник, с которым надо бороться, высшая цель. Победа добра над злом... Они просто не готовы понять, что во всем, даже в том, что для них является злом, есть свой смысл, ведущий к свету. А человечество? Представь себе, что они лишаться страха смерти, что узнают про то, что ад - это просто самая долгая дорога к раю? Что единственная сила на свете любовь? Что тогда начнется на Земле? Пусть идут своим путём, и придут к этому сами. Любое знание должно быть выстрадано и понято сердцем, а не умом. Я не могу неволить тебя, могу лишь только просить донести эту ношу до конца. Кстати, тебе мат. 
- Я всё понимаю, отец, всё понимаю. Просто иногда устаешь быть прародителем лжи. "Так кто ж я, наконец? - Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо". Всё время вспоминаю эти слова гения, которого ты послал на Землю! Как он сумел так точно почувствовать это одиночество? Вижу, что мат. Ладно, до следующего раза! Когда-нибудь я обязательно выиграю по-настоящему!
*** 
Интермедия 3. 
Он: 
Она прекрасна. Господи, помоги мне набраться смелости и подойти к ней! 
Она: 
Как-то не то всё! Так хочется найти кого-нибудь кто будет продолжением твоей души! 

- Познакомьтесь, кстати! - на ходу бросила, пробегающая мимо девушка, - Знаю вас обоих, уверена, что вам найдётся, о чем поговорить! 
- Привет! 
- Привет! 
*** 
Игравший белыми, с улыбкой проводил взглядом о чем-то оживленно болтающую пару. Сделан еще один крохотный шажок. Сколько их еще предстоит, об этом было известно только Ему, но он ни с кем не собирался делиться этим знанием. Всему своё время! 
Он вышел из комнаты и окинул взглядом окружавшее Его пространство! Миллионы, миллиарды дверей, и за каждой сейчас шла своя Игра. Как только он вышел, комната за Его спиной растаяла, а перед Ним возникла другая. Пришло время следующей партии!

Продолжить чтение

Небо.

Небо.

Это небо видело все, как росли и рушились горы, 
Небо плакало серым дождем, наблюдая людские споры, 
Иногда дарило тепло, иногда прорастало снегом, 
И всегда оно было одно, небо было себе пределом. 
Люди верили, что на нем, живут боги и пьют нектар, 
Только небо было одно, таким неба был вечный дар. 
Оно видело, как внизу, жизнь бурлит, ищет смысл бытия. 
Небо знало на все ответ, но молчало, оно не судья. 
Лишь однажды к нему пришел, человек и спросил: «Ну а где же рай?» 
И хотело оно промолчать, но вдруг молвило: «Там, где край. 
Там, где край ты найдешь отгадку, там решение и вопрос, 
Побывай там. Когда вернешься, то не будешь так нищ и бос». 
Очень долго бродил человек, спал, укутавшись в облака, 
Только в каждом увиденном сне, видел он, как течет река, 
Слышал то, как шумит листва, как играет в ночи прибой, 
И однажды он понял вдруг, надо просто вернуться домой. 
Человек шагнул с облаков, небо стлало ему тропу, 
На земле он, вздохнув, сказал: «Нельзя быть в раю одному». 
Небо тихо грустило вослед и шепнуло: «Вот он мой край. 
Люди счастливы на земле. Почему же во мне ищут рай?».

Продолжить чтение

Новое в блогах