Жизнь в стихах и прозе

Публикуются стихи, поэмы, повести и романы в стихах; проза (эссе, философское пятикнижие, статьи, литературные исследования

Советы Оптинских старцев-67

СОВЕТЫ ОПТИНСКИХ СТАРЦЕВ

(Хроника духовной жизни)

ИЗ АНАТОЛИЯ СТАРШЕГО ОПТИНСКОГО

Учить я не запрещаю, это доброе дело — век живи,
век учись, но только начни-то с себя.

11.01.17 г.,
Преподобного Фаддея исповедника

(Продолжение)

... Благодатно парить на высоте духовности святых отцов, но 
пора возвратиться в интернетскую виртуальность, страшно 
переполненную реально опасными для Поэзии ядовитыми 
испарениями. Возвратиться не для того, чтобы добавить 
к мнимой славе своей несколько новых рейтинговых баллов, 
не для того, чтобы пыжиться от удовлетворения душевного 
мессианства, не для сведения счётов с противниками истинного, 
православного творчества, а только лишь с единственной целью
(единственно благородной для писателя) — добраться 
до понимания подлинного состояния царящих на нынешних 
сайтах антикультуры и антипоэзии. У кого, болит за живое
русское слово душа, прошу следовать в болотину, которую 
многие называют нынче «источником современной литературной
мысли».


Еще в начале советской эпохи Алексей Толстой, писатель
по-настоящемй талантливый, находил возможным 
характеризовать современную словесность такими словами: 
«Русский народ создал русский язык, яркий как радуга
после весеннего ливня, меткий, как стрелы, певучий и 
богатый, задушевный, как песня над колыбелью».

Уже тогда, под закономерным влиянием безбожного «серебряного
века», язык наш катастрофически стал терять былую высоту,
но всё же многое еще оставалось в нём живым и крепким.
Посмотрим, что теперь преобладает в творениях авторов
Стихов.ру (мы берём один сайт, зная, что в остальных та же самая
беда, и еще потому, что с него я начал сотрудничество с интернетом
и считаю этот сайт своим, основным). 

Итак, с Богом.

В том году автор Лешек получил от щедрого жюри третье призовое
место в одном из многочисленных конкурсов. Вот за этот
опус.

«Время молчать. Поберечь и слова, и поленья... Паклю подбить, 
(пораздергали паклю в углу, ироды, а не собаки!), промаслить пилу, 
звенья цепи, ...да и мало ли дел у придурка! (дети уехали- сердцебиение 
дач)... шкурка теплицы поймает мое отраженье - кто это , кто это полуседой 
бородач?.... Десять меня зазеркального в стеклах теплицы... (кажется, слишком), 
еще: две галдящих синицы, кустик смородины, бочка для талой воды, сколько 
всего - голова не вмещает пустая, хвостик среды уползающий, нос озорной 
четверга, и листопада по небу ...пурга .... золотая.... Перекурить. Папиросная 
тлеет бумага.... Кто это рядом? да это любовь и отвага, Тот-Кто-Умеет-Смеяться, 
кто сон отгоняет дурной.... Сердце - горячее, нос - ледяной......болтик да шайба, 
да гровер блестящий, да гайка... Крепим стекло, а дождя проливного нагайка
гонит меня, не закончив работу... Херня! Выпьем стаканчик и куртку набросив 
на плечи, будем работать, а залпы небесной картечи, хочется верить, хорошей, 
что не для меня ....»

Я снова ничего не меняю в публикации, осенённой лавровым венком.
Оставляю с умыслом, чтобы читатель убедился в страшном пренебрежении
нашего «литноватора» к знакам препинания. В русском языке нет ничего, что
было бы неважным, необязательным, ненужным, как всего этого не бывает
в любом живом организме — выбрось из него «детальку» и всей системе
конец. 

Лауреат премии так не считает. Он и пробелы между словами и знаками ставит
как попало, и запятые «присобачивает» куда не следует, и вместо тире переноски
использует, словно бы знать не знает, что и такой есть знак — тире, и многоточия 
(три законные точки) превращает в четырёх- и даже в шеститочия. Ну, и матик 
втискивает (куда ж нынче без него!), и стихи растягивает в прозаические строчки,
и ритм умышленно сбивает (для выпендрёжу), и страху нагоняет местами на нас 
с вами (то уползающим, хвостиком осабаченного дня недели «среды», то озорным
носом наползающего четверга, то Тем-Кто-Умеет-Смеяться, то ледяным опять же 
собачьим носом, то целой десяткой отражений автора-бородача в тепличных
стёклах, то дождём, вдруг превращающимся в залпы небесной картечи. 

Он заговаривается настолько, что за мозгоблудной мурой не замечает
наипростейшей стилистической ошибки, которую еще Чехов высмеял,
будучи молодым и неизвестным («Проезжая мимо станции, у меня слетела
шляпа» вместо «Когда я проезжал мимо станции, у меня слетела шляпа»).
У нашего премированного классика выкоблучилась такая бякушка: «...дождя 
проливного нагайка гонит меня, не закончив работу». Правильно надо было
сказать так: «...гонит меня, не закончившего работу». Ну, да на шута попу гармонь!
Поп и без гаромни в-умный. Вон какую штуковину вылил на нас, бедных,
замысловатую, еле понимаемую обывательским сознанием, видимо, ужасно
глубокомысленную, а между тем отражающую простейшую работу пиита по
ремонту дачной теплички.

Что ж! Первый признак бездарности и непоэтичности — стихи ни о чём, а если 
и о чём, так только о том, что ничего живому сердцу и голове живой, думающей
ничего не скажет. Бессодержательность, вырастание из «мусора», накручивание
всяческой чертовщины — раньше такое на пушечный выстрел в поэзию не 
подпускалось, а теперь ОНО почти у каждом «стихо». О-хо-хо! Можно было бы
сказать: «Ха-ха-ха», да уж больно не смешно это, а грустно, печально и для
культуры народной е просто, а смертельно опасно.

Сочинил на стихописца с говорящей фамилией эпиграмму, и тоже рифмованной
прозой (не хотелось отставать в новаторстве):

Запомните меня – я просто Лешек. Не Волонд, не лошак и не лешак. Быть может, 
был бы крепкий я орешек, когда не плёл бы рифмы натощак. А как они сплетаться 
начинают – тут и пошла великая беда. Всё норовит в стихи мои собраться – слова, 
поленья, талая вода. И дети, что разъехались на дачи (есть дом в селе – так дачи
завели!)... И пакля лезет в строчку, не иначе, собаки паз изгрызли – кобели! А вот 
теплица, в ней десятирится седой и бородатый облик мой. Ну, ладно бы вчера 
успел напиться, так только – рюмку, и не в зуб ногой... А это кто? – холодный нос
и сердце горячее? Вот болтик, шайба вот... Нет, надо всё-таки пойти согреться. 
Чихня какая-то нутро скребёт. И может ли вся эта дрянь вместиться в башке пустой?... 
Я сам себе не враг... (Да, лучше, друг мой Лешек, утопиться, чем сочинять всё это 
натощак!)

11 декабря 2013 года

ЧутОк отдохнём, а завтра, Бог даст, «куртку набросив на плечи, будем работать......»...

(Продолжение следует)

Оцените эту запись блога:
Осень в Минусинске
Изгой.
 

Комментарии

Нет созданных комментариев. Будь первым кто оставит комментарий.
Гость
17.01.2018