Напишите нам

Есть интересная новость?

Хотите, чтобы мы о вас написали?

Хотите стать нашим автором?

Пишите на: main@sub-cult.ru

Хотите разместить рекламу в нашем проекте? Пишите: main@sub-cult.ru

Книги современных авторов отличны ошеломительной, почти наглой честностью. На страницах несложно найти эпизод с подробным описанием вылавливания фекалий из больничного туалета, а спустя главу вникать в рассказ о глубокой и уже привычной боли. Художникам стало свойственно вести разговор с читателем настолько откровенно, что излишний пафос считается моветоном. Это течение принято называть «новой искренностью». Именно она стала отличительной чертой нового витка культуры — метамодерна. Рассказываем, что это за явление, почему оно появилось и что с ним делать.

Истоки: коротко о постмодерне

Атмосфера: конец истории, весь мир — иллюзия, ирония

Новая искренность появилась как ответ постмодерну. Его исторические и социальные истоки кроются во времени, тяжёлом для мира и кровавом: мировые войны, Великая депрессия, изменение климата, финансовые спады. Настало время, которое преждевременно назвали «концом эпохи». Любые потрясения требуют внимания и рефлексии, чтобы люди могли вновь вернуться к психологической стабильности и приспособиться к дивному новому миру, но тогда изменения глобальной обстановки происходили настолько часто и резко, что общество не успевало реабилитироваться. Вера в идеалы, свойственная довоенной эпохе, испарилась.

Виктор Пелевин о трактовке термина пишет:

— Что это такое — постмодернизм? — подозрительно спросил Стёпа.

— Это когда ты делаешь куклу куклы. И сам при этом кукла.

Характерная черта постмодерна симулякр — кукла. Бодрийяр, французский философ-постмодернист, ввёл этот термин как обозначение копии, у которой нет оригинала. Идеи, которые не имеют в основе фундаментальной глубины, заполнили информационное пространство. Они представляют аллюзию на реальный мир, иронизируют над ним, и подобный защитный механизм был необходим обществу. Только через насмешку, отстранение и копию возможно было пережить палаческую реальность.

milada-vigerova-lg3chxnbh2o-unsplash

Источник фото: Milada Vigerova on Unsplash

Из особого типа культурного производства постмодерн перерос в особый тип мышления, который влиял и на поведение. Это отразило тотальное состояние общества, и уже побочным его продуктом стали произведения искусства. Нарративом стала потеря веры в некие коллективные интересы, в движение истории, прогресс. Постмодерн согласился с модерном в тезисе «Бог умер».

Литературу заполнили нигилистические идеи, идея смерти автора и релятивизм, ирония, постирония, цинизм, стилизация и отречение от общих концепций. Постмодерн можно считать системой декодирования, которую можно понять, только если учитывать контекст, отсылки и всеобщую парадигму мышления. Постмодернист = читатель. Когда текст переводится в эстетику тотальной несерьезности, тогда он прочитан как постмодернистский.

Смену культурной эпохи обычно провоцируют два фактора: технологический прогресс + развитие общественной мысли. В настоящее время постмодернистское отношение к миру перестало быть актуальным. Всё больше людей усомнились в безальтернативности мира и бесконечности абсурда; несмотря или вопреки ощущению сиротства, авторы возвращают идеи модерна об искренности и надежде.

Метамодерн: как и о чём он рассказывает

Атмосфера: сочетание наивности и прагматизма, иронии и искренности, апатии и влечения.

Если постмодерн возник как антитеза пафосному и одухотворенному модерну, то метамодерн нельзя считать эволюционным преодолением прежних культурных основ. Напротив, он строится на сочетании противоречащих концепций постмодерна и модерна. Это порождает его главный принцип — колебание.

thomas-gaertner-wlmemnlbezq-unsplash

Источник фото: Thomas Gaertner on Unsplash

Приставка «мета» происходит из платоновского термина metaxis, который подразумевает существование между двумя противоположными понятиями. Голландские культурологи Тимотеус Вермюлен и Робин ван дер Аккер предложили использование термина «метамодерн» в 2010 году в научном труде «Заметки о Метамодернизме». В работе он рассматривается как возрождение идей модерна в сочетании с инструментами постмодерна.

«…Это романтизм поколения, выросшего в 90-е на диете из “Симпсонов” и “Южного парка”, для которого постмодернистская ирония и цинизм — нечто само собой разумеющееся, по умолчанию присутствующее в самом способе видения мира, и, несмотря на это, или скорее именно из–за этого, стремящегося к искреннему и конструктивному, прогрессистскому самоосуществлению», — Е. С. Григорьева.

Метамодерн рассматривает принцип маятника как единственный возможный способ существования, потому что именно колебание между противоположными идеями приводит мир в действие. Вермюлен и Ван дер Аккер видят это не как принцип жизни, а как чувственное мироощущение, которое и рождается при помощи новой искренности. Это стремление к возрождению и поиску кристальной истины.

Наконец «новая искренность»

Атмосфера: сочетание романтического понимание мира, надежды и иронии, неприятной правды.

Модерн + постмодерн = новая искренность.

Понятие новой искренности в русской литературе предложил Дмитрий Пригов в середине 80-х годов ХХ века. Он был уверен, что человеку нужны идеалы и заметил стремление авторов к исповеди через текст. Метамодерн предстает как эпоха залечивания ран, реабилитации.

Переход от коммунистической идеи и сталинизма заметил критик Владимир Померанский в статье «Об искренности в литературе», где он утверждал, что искренности и не хватает современным книгам и пьесам, и, более того, неискренность — это не обязательно ложь; неискренна и деланность вещи.

В попытке российских авторов всё-таки найти подлинное, рассказать о чувствах, культура справляется с постсоветской травмой. Особенности человеческих взаимоотношений осмысляются через категории искренности и доверия. Хайдеггер и Бодрийяр в ХХ веке описывали эту концепцию как «заботу о себе», которая предполагает ограждение от всякого «псевдо», начинается с себя и расширяется до заботы о других.

jon-tyson-pfnvc1cu6zi-unsplash

Источник фото: Jon Tyson on Unsplash

Шум мегаполиса искажал реальность, словно калейдоскоп сквозь призму времени. В этом бесконечном лабиринте сознания и мнений, я был путешественником, исследующим грани своего существования. Слова и образы становились непохожими, словно их вдохновлял хаос. Я погружался в артерии города метро.

Работа забрала, кажется, последние мои силы. Интересно, как «я» может вмещать в себя тысячетонную усталость. Осторожно, двери закрываются. На меня ввалилось непонятное пьяное существо. Как только мы покинули станцию, оно не выдержало видимо, хотело пронести свое головкружительное бремя до дома и облило меня фонтаном склизкой блевоты. На ботинках я даже различал кусочки еды. Она стекала с меня, а я стоял и почему-то странно спокойно на это смотрел. Мне не хотелось ни реагировать, ни что-то делать. Может, так и должно было быть действительно, подумал я, как хорошо живется, когда ты просто спокоен. Тебя не может вывести из блаженного равновесия ничего, даже блюющий мужик в магическом ночном метро.

Этот текст сгенерировала нейросеть, чтобы показать общую атмосферу подобных текстов. Конечно, они не все пропитаны романтичным флером. Есть и более остросюжетные и откровенные работы.

«Ингредиенты» новой искренности. Ищите в тексте:

  1. Атмосферу. Как читатели, вы точно можете уловить и объяснить вайб книги — обычно ей уделяется много внимания;
  2. Стремление автора понять мир, раскрыть тайну о людях/себе;
  3. Откровение. Обычно оно шокирует или удивляет читателя прямолинейностью;
  4. Иронию, самоиронию;
  5. Ранимость главного героя;
  6. Герой признает, что может чего-то не знать.

Эти приемы можно использовать, чтобы создать текст, который отнесется к метамодернистскому течению. Классикой подобного жанра считается «Бесконечная шутка» Дэвида Фостера Уоллеса.

6712495466

© АСТ

Из свежих книжных дропов мы можем порекомендовать «Фоторужье» Евгения Алехина. Легкое чтиво, взгляд бежит по строкам, настигает ощущение пустоты и безвременья. В таком безвоздушном пространстве текста Алехин рассказывает о детском страхе остаться без жены, рассказывает о неудачах, борьбе с собой же. Вся эта книга — путешествие в страну мыслей писателя — лирический герой исчезает вместе со всеми личными местоимениями — в которой можно столкнуться с нелепостями, страхами, безумием и самоиронией. Мы можем застать его как во время секса с двумя женщинами, так и вылавливающим собственные фекалии из больничного унитаза.

«Короли Кайфа» Лёхи Никонова шокируют не меньше. В основе сюжета лежит история о парнях, которые в 90-е решают переходить на приемлемую в то время валюту — заняться продажей запрещенных веществ. Это бесконечное устрашающее приключение. Как на американских горках, читатель не может предугадать ход событий, когда перевернет страницу. Откровение и откровенность, эйфория и смерть. Кто переживет такой градус безумия? Здесь шокирует честность в изображении событий и изложении мыслей самого героя. Никонов отчасти жесток с читателем, потому что рисует подробно и кроваво, не оставляя возможности «зажмуриться»: живой язык доставляет удовольствие, но ужас от происходящего описан так же ярко.

Источник фото обложки: Florian Klauer on Unsplash

Понравился материал? Пожертвуйте любую сумму!

А также подпишитесь на нас в VK, Яндекс.Дзен и Telegram. Это поможет нам стать ещё лучше!

 

Добавить комментарий

Для того, чтобы мы могли качественно предоставить Вам услуги, мы используем cookies, которые сохраняются на Вашем компьютере. Нажимая СОГЛАСЕН, Вы подтверждаете то, что Вы проинформированы об использовании cookies на нашем сайте. Отключить cookies Вы можете в настройках своего браузера.
Согласен

О проекте

© 2011 - 2024 Портал Субкультура. Онлайн-путеводитель по современной культуре. Св-во о регистрации СМИ ЭЛ № ФС 77 - 66522. Проект предназначен для лиц старше 18 лет (18+).

E-mail: main@sub-cult.ru

Наши партнёры:

Приложение Фонбет на Андроид

Яндекс.Метрика