Имя Анны Ахматовой известно каждому более или менее начитанному жителю России, а ее царственный облик – один из самых узнаваемых. Еще в ранние, десятые годы она, по собственным словам, «лунатически ступая, вступила в жизнь и испугала жизнь».
Эссе Надежды Гикал посвящено образу Ахматовой, тому, какой она запечатлелась в творчестве и воспоминаниях современников.
Для многих, кто знал ее, она была не просто талантливым поэтом и яркой женщиной, но и «олицетворением музы поэзии». Ю. П. Анненков в своих воспоминаниях называет ее «символом поэзии».
Великие поэты восхищались ей и не могли не воплотить в стихотворных строках эту великую женщину. Надежда Гикал признает, что этих стихов было великое множество и они «могут составить солидную антологию», поэтому останавливается на ключевых, на творчестве центральных представителей Серебряного века, передающих таинственное очарование и нездешнюю поэтичность своей современницы.
Надежда Гикал дополняет это впечатление собственным мнением Ахматовой, которая словно взирает на окружающих с легкой иронией. О стихах, в которых Блок воплотил Ахматову испанской красавицей, она вспоминает: «У меня никогда не было испанской шали, в которой я там изображена, но в то время Блок бредил Кармен и испанизировал и меня».
Осознавая некоторую искусственность своего литературного образа, переданного через восприятие другого поэта, Ахматова одновременно признает свою роль музы. Она словно снисходит – но не в бытовом высокомерном смысле, а по-королевски – гордо и с проявлением царственной доброты.
Но царственные и царствующие чаще всего одиноки. Это одиночество гениев подмечает и Надежда Гикал – очень выразительно и коротко: «Не было равновеликих...» Добавим – не было схожих, хотя встречались ловкие подражательницы. Она была неповторима.
И поэтому Надежда Гикал, когда говорит уже не о поэтическом, а о живописном портрете Ахматовой, подробно останавливается на картине Л. Константинова: «Это двойной портрет. Слева воспроизведён ахматовский рисунок-автопортрет, справа – собирательный образ Анны Ахматовой, какой её увидел художник на фотографиях 1920-х гг.». Равновеликих нет – и нет никого, кто мог быть помещен с ней рядом.
Если говоря о стихах, посвященных Ахматовой, Надежда Гикал делает акцент на наиболее известных, то при описании портретов возникает противоположная ситуация. О самых известных шедеврах сказано бегло, в то время как о менее знаменитых – много и подробно, причем не только подробно описана их композиция, но и исследована история.
Исторический контекст работы Надежды Гикал богат и разнообразен. Обширная библиография включает в себя известные имена и работы, которые регулярно и обильно цитируются. При этом хочется заметить, что язык эссе не «теряется» на их фоне и не выглядит неэстетичным. Напротив, стиль Надежды Гикал сдержан, но одновременно своеобразен, умеренно строг, но и метафоричен, а потому прекрасно подходит для научно-популярного эссе, сочетая информативность и выразительность.
Вероника Лапина
Понравился материал? Подпишитесь на нас в VK, Яндекс.Дзен и Telegram.