Топ-100

Напишите нам

Есть интересная новость?

Хотите, чтобы мы о вас написали?

Хотите стать нашим автором?

Пишите на: main@sub-cult.ru

  • Default
  • Title
  • Date
  • Random
load more hold SHIFT key to load all load all

В государственных СМИ РФ практически нет цензуры – ругай, кого хочешь, хоть политический режим, хоть оппозицию, хоть заокеанию. Зато у либералов все гораздо строже. Есть запретные темы – те, кому не нравятся однополые браки, секта Виссариона, совокупление в Тимирязевке или, предположим, на яхте Дерипаски, не получат права публикации и станут нерукопожатными. А как быть с самоцензурой? Эти темы были затронуты в беседе Александра Гриценко с писателем Сашей Кругосветовым.

Гриценко: Что вы думаете о цензуре в российской литературе, о цензуре вообще?

Кругосветов: Что я могу думать о цензуре? Большую часть жизни я работал как инженер и научный работник. Писал, конечно, публиковался, но в основном это были научные статьи и научно-технические обзоры. Как литератора я осознал себя недавно – только в 2012 году. Тогда и появились мои первые книги – вначале детские, потом публицистические и художественная проза.

Автору, который не получил широкого признания, добиваться выхода в свет новых книг и публиковаться в толстых журналах очень сложно. Мне трудно судить, цензура это, строгий профессиональный отбор или нежелание издателей искать новые таланты и заниматься эстетическим и нравственным воспитанием читательской аудитории.

Тем не менее один пример цензуры я могу привести – цензура процветает на моем любимом радио Эхо Москвы. Кругосветов – блогер этой радиостанции, но многие мои блоги, посвященные, например, секте Виссариона, современному акционизму, эскортницам типа Насти Рыбки, АУЕ, современному рэпу и другим темам, не появляются на сайте – думаю, из-за наших идейных разногласий. Почему от некоторых ведущих радиостанции часто разит махровым большевизмом в защите так называемых либеральных ценностей? Почему они видят: в разгоне тоталитарных сект – гонение на свободу совести, в критике акционизма Pussy Riot – наступление на свободное искусство, а в агрессивной пропаганде радужных знамен – залог светлого будущего человечества? Почему некоторые модераторы радиостанции сами становятся ярыми пропагандистами? Неужели высокообразованные и достойные уважения ведущие Сергей Бунтман и Ксения Ларина не понимают, что своей агрессивностью, а в каких-то вопросах – и ограниченностью, ставят себя на один уровень с поющими пропагандонами госканалов Куликовым и Соловьевым?

Тем не менее это только отдельный пример, который не влияет существенно на мою литературную работу.

Гриценко: Но есть еще и самоцензура.

Кругосветов: Самоцензура – когда она появляется?

Первый фактор – сознательное самоограничение. Назову несколько типовых случаев.

  1. Политкорректность в нонфикшн. Если мне приходится рассказывать о каких-то жареных фактах, привязанных к личности конкретных людей и показывающих этих людей в невыгодном свете, стараюсь подавать информацию не только корректно, но и в максимально необидной форме – даже если сам отношусь к этим персонажам без особого уважения.
  2. Применение обсценной лексики. Я не являюсь принципиальным противником обсценной лексики – как русского мата, так и русского воровского жаргона, фени. Более того, в моем романе-памфлете «Остров Мория. Пацанская демократия» есть даже отдельные главы, посвященные этимологии обсценной лексики русского языка. И, наверное, в художественной литературе можно применять эти в целом запрещенные обороты, но только если это действительно требуется для художественной достоверности произведений. Однако мне лично в литературной работе всегда удавалось обойтись без подобных выражений – ведь русский язык настолько богат, всегда можно подобрать подходящий эвфемизм!
  3. Описание эротических сцен. Эротические романы в мягких потрепанных обложках, классическая литература, современные бестселлеры – художественное описание секса всегда пользовалось спросом у публики. Не каждый автор может похвастаться красивым и в меру отвязным описанием постельных сцен. Зачастую эротические описания получаются скомканными либо же автор использует такую лексику, что читателя начинает подташнивать от приторности и вульгарности словесных оборотов.

Главный вопрос, который должен для себя решить автор: подразумевает ли жанр его произведения появление или даже обязательность сексуальных сцен в свете ожиданий целевой аудитории? Не закроют ли читатели вашу книгу, как только появится намек на секс, или наоборот, они будут полностью разочарованы, если секса в книге недостаточно?

Ну и конечно, надо для себя решить, что вы пишете. Если это порнороман – флаг в руки, оттягивайтесь вовсю, такой жанр существует, и есть даже классики жанра. Но если у вас нет задачи писать порнографию, необходимо в описании постельных сцен соблюсти необходимую меру. Однако дать здесь точные рекомендации своему самоцензору вряд ли получится.

Второй фактор самоцензурыстрах. Я родился в сорок первом году прошлого столетия. Мне кажется, никогда не был конформистом, но трезво смотрел на общество, в котором рос и сформировался. И потому всегда боялся Системы. Страху, попытке в одиночку противостоять Системе, посвящен мой роман «Клетка». Эти фобии остались у меня на всю жизнь. Когда домой приходит уведомление о почтовом отправлении – из налоговой инспекции, из ГИБДД, из ГАТИ, по спине бежит холодок – государственные органы сулят рядовому гражданину одни неприятности. То же касается и моих прежних контактов с лицами, достигшими сегодня самых высоких государственных постов. О чем бы я ни писал, у меня есть запрещенные темы – стараюсь обойтись без упоминаний об этих лицах. Это мои личные фобии. Раньше говорили «у них своя компания, у нас – своя». Кто-нибудь меня осудит. Но я ничего не могу с собой поделать. Один из факторов самоцензуры – фобии маленького человека перед карательной машиной Системы. Думаю, подобные фобии были у Н. Гоголя, Ф. Достоевского, А. Белого, Л. Андреева, Ю. Тынянова, А. Горького, А. Платонова, И. Бабеля, М. Булгакова, В. Шаламова, А. Солженицына и у многих других.

Страх – один из главных атрибутов психологии раба. Сократ на суде сказал, что делал только благо для афинян. Ему пришлось выпить чашу с цикутой. Но это был великий Сократ!

Рабской самоцензуры не должно быть – увы, не каждому по силам прожить без нее и стать свободным человеком. Сказал ли после отречения Галилей свою знаменитую фразу: «А все-таки она вертится!» или все-таки благоразумно промолчал?

Александр Гриценко, писатель, драматург, прозаик, журналист, литературный продюсер, театральный режиссер, председатель правления Интернационального Союза писателей.

Саша Кругосветов, писатель, куратор Санкт-Петербургского отделения Интернационального Союза писателей, член Союза писателей России, член Международной ассоциации авторов и публицистов APIA (Лондон). Известен как автор серии книг для детей о путешествиях капитана Александра и произведений для взрослых в жанрах публицистики, фантастики и художественной прозы.

Среди наиболее значимых литературных наград – премии фестиваля фантастики «Роскон»: «Алиса» (2014), «Серебряный РосКон-2015», «Золотой РосКон-2019»; Международной литературной премии имени Владимира Гиляровского I степени (2016); лауреат премии еженедельника «Литературная Россия» (2016); финалист премии «Независимой газеты» «Нонконформизм» (2016, 2017, 2018); Гран-при международного конкурса Франца Кафки (2018); Лауреат лауреатов Международного конкурса «Новый сказ» памяти П. П. Бажова (2019); лауреат Международной литературной премии им. Ф. Кафки в номинации «Кафка – Синий кристалл» (2020).

А также подпишитесь на нас в VK, Instagram и Facebook. Это поможет нам стать ещё лучше!

 

Добавить комментарий

18+
Яндекс.Метрика