Топ-100

Напишите нам

Есть интересная новость?

Хотите, чтобы мы о вас написали?

Хотите стать нашим автором?

Пишите на: main@sub-cult.ru

Несмотря на старания переводчиков, есть книги, которые лучше читать в оригинале. Иногда потому что реалии, в которых происходит действие произведения, страдают от слишком вольного перевода, а иногда потому что полного перевода просто нет. Предлагаем вам топ произведений, за которые лучше браться в оригинале.

«Лолита», Владимир Набоков

«Лолита» книга настолько же американская, насколько «Капитанская дочка» русская. Перевод иногда может вызвать недоумение, хотя и делал его сам Набоков. Например, breakfast легко переводится на русский как завтрак, но автор и переводчик в одном лице решил оставить чужеродное русскому уху брэкфаст. Возможно, сделано это для того, чтобы лишний раз показать колорит места, где происходит действие романа. Но в русском варианте брэкфаст выглядит угловато. Так же Набоков транскрибирует и неизвестное нам «paper-chase», оставляя «пэпер-чэс». Выражение буквально переводится как бумажная погоня или бумажный след. Стало понятней? Вряд ли. Никаких пояснений Набоков не даёт. Поясним мы. Под странным «пэпер-чэс» подразумевается момент, когда Гумберт Гумберт ищет в записях книг придорожных мотелей данные незнакомца.

Непонятные вещи происходят и с «blue jeans». Они то становятся потёртыми ковбойскими штанами, а то вовсе синими ковбойскими панталонами. Можно предположить, что к моменту выхода русской версии романа в 1989 году в СССР ещё не знали про джинсы, но это не так. О чипсах и попкорне советский читатель тоже был наслышан. Тем не менее Набоков переводит их как картофельный хворост и жареные кукурузные зёрна. Русскую «Лолиту» по праву можно считать новой редакцией этого англоязычного романа. Поэтому, если вы хотите ощутить оригинальный американский колорит романа, лучше читать его на английском. И не забываем, что в русском варианте есть проблемы с переводом реалий и калькированием (вспоминаем брэкфаст).

«Над пропастью во ржи», Джером Сэлинджер

Книга, известная также как «Ловец на хлебном поле» и «Обрыв на краю ржаного поля детства». Пестрота русскоязычных названий уже говорит о разногласиях в переводах повести, ни один из которых нельзя назвать передающим в полной мере её дух. Наиболее известный из них принадлежит советской переводчице Рите Райт-Ковалёвой. Он стилистически цельный и непротиворечивый. Однако, как известно, в СССР секса не было, а у Колфилда эта «запрещёнка» упоминается несколько десятков раз, что из-за цензуры пришлось сгладить и изменить, поэтому слова с корнем «секс» у Райт-Ковалёвой встречаются лишь пять раз. К тому же все геи (flits) и извращенцы (pervets) превращаются в психов. Сэлинджеровский замысел трепещет под гнётом цензуры, но геи в советском издании появиться просто не могли.

В переводе 1990-х годов, созданном Сергеем Маховым («Обрыв на краю ржаного поля детства»), проблема уже возникает с топонимами. Нью-Йорк зачем-то становится Новым Йорком, а Центральный парк Главным садом. Также нейтральное guy (парень) превращается в странное «чувачило», а creepy guys (стрёмные парни) в «чувачков-говнючков». В переводе нулевых годов, выполненным Максимом Немцовым, нейтральные слова hat, cigarettes, store становятся кепарём, сигами и магазом. Получается, в советском переводе книга становится уж слишком литературной, а Холден Колфилд чуть ли не образцовым подростком, который просто не может найти себе место в жизни, а в двух других вариантах есть проблемы со стилистикой, которая не попадает в стилистику Сэлинджера.

«Поминки по Финнегану», Джеймс Джойс

Экспериментальный роман Джойса со свойственными автору языковой игрой и словотворчеством трудно перевести на другой язык. Эту книгу называют кошмаром переводчика. Если у вас хороший английский, мифологически-комический модернистский роман приоткроет вам свои тайны. Ещё одна из причин читать в оригинале на русский до сих пор переведены только избранные эпизоды. Полностью книга переведена на немецкий, на что потребовалось 19 лет, и на французский, на что ушло целых 30 лет. Это даже больше, чем автор потратил на написание романа (16 лет). Сергей Хоружий, известный переводчик тысячестраничного джойсовского «Улисса», говорил, что невозможно полностью «достичь понимания» «Поминок по Финнегану». Если вы любите тайны и не боитесь трудностей, вам может показаться интересным поток джойсовского сознания на шестьсот страниц. Да, задача не из тривиальных.

«Цветы для Элджернона», Дэниел Киз

Нарочитые авторские ошибки были переведены с английского на русский. Но всё-таки, если вы владеете английским и не боитесь неграмотного текста, написанного в дневниковой форме, советуем вам прочитать Киза в оригинале. Так можно проверить свой Upper-Intermediate (или не Upper) и понять, видите ли вы ошибки или воспринимаете их как должное. Это чтение должно вас порадовать тем, что, скорее всего, вы будете большую часть оригинального текста понимать. Вот то чтиво, которое ласково скажет вам: «Твои уроки английского прошли не зря». Неграмотный поток сознания позволяет погрузиться в жизнь слабоумного от рождения героя, чтение получается беглым и лёгким. Здесь не надо искать отсылки и играть в авторскую языковую игру. А неправильные «evrey thing» и «importint» понимаются и без онлайн-переводчика, который стремится их исправить.

«1984», Джордж Оруэлл

Эта книга подойдёт для русского читателя с не самыми сильными знаниями английского языка. Произведение, которое стоит попробовать прочитать на английском, потому что известный оруэлловский новояз в точности перевести невозможно. Существует несколько русских переводов «1984»: более известный Голышева, менее известный Недошивина и Иванова. Они по-разному интерпретируют окказионализмы, которые создают атмосферу ужасающего тоталитаризма. Например, prolefeed Голышев переводит как «нарпит», Недошивин и Иванова как «рабкорм». Звучит совсем по-разному. Thoughtcrime у первого становится мыслепреступлением, у вторых преступмыслью, goodthinker то благомыслящим, то добродумом. И так целый словарь. Поэтому, если не хотите запутаться в разных переводческих интерпретациях, попробуйте ознакомиться с оригиналом.

«Школа для дураков», Саша Соколов

Этот постмодернистский роман переведён на более, чем двадцать языков. Если вы пока что не владеете иностранными языками, но вам повезло быть носителем великого и могучего, то можем вас обрадовать. У вас есть возможность читать в оригинале «Школу для дураков» роман, наполненный фонетической игрой, языковыми клише и метафорами, то есть теми прекрасными труднопереводимыми вещами, за что так любят это произведение. Речевое клише «школа для дураков», которым называют школы для детей с особенностями развития, свойственно русскоязычной среде. Точный перевод не будет одинаково семантически правильно звучать на разных языках. А ведь это клише центральная метафора романа, она не просто взята из народной среды, но обработана и обыграна главным героем Витей Пляскиным. Это он предлагает такое название произведению.

Есть и другие подобные фразы в романе: «получил по заслугам», «баржи грузить», «моцарты фиговы». Всё это непросто перевести на другие языки. То же происходит и с фонетикой в романе. Внутренне свободный ученик Витя легко меняет «канет» на «капнет» и говорит: «капля… торжественно капнет в Лету». Русскому читателю становится понятно, что так Витя интерпретирует «канет в Лету».

Понравилась подборка? Эти и другие книги вы найдёте на ЛитРес?

Понравился материал?

Подпишись на наш Instagram

А также паблик Вконтакте!

 

Добавить комментарий

18+
Яндекс.Метрика