От скандала к классике: книги с неоднозначной репутацией

Времена и нравы меняются. Этот процесс отражается и в литературе. Расскажем о дискуссионных книгах. Они считались эпатажными, а сейчас переиздаются с пометкой «классика» — хотя продолжают вызывать споры.

«Грозовой перевал» Эмили Бронте

© «Эксмо»

Авторы рубрики «Кино» уже рассказывали, какой получилась новая экранизация этого романа. К фильму, очевидно провокационному, прикрепились соответствующие определения: «скандальный», «шокирующий», «неприличный». Но современным критикам далеко до викторианской Англии: та куда более сурова в суждениях. Почему же книга Бронте не сразу заняла место на полке с образцовой литературой?

Во-первых, сыграла роль мрачная атмосфера романа. Уже в третьей главе во сне рассказчика появляется призрак. Персонаж ранит его, пока не потечёт кровь, «заливая простыни». Викторианских читателей, мягко говоря, удивляет прямое описание жестокости. Оно не единично: чуть дальше в тексте уже в живого человека бросают чугунную гирю. Во-вторых, общество того времени — до мозга костей классовое. Консерваторы попросту не принимают мысль о возможности любовной связи между людьми разного социального статуса.

Сейчас «Грозовой перевал» – стопроцентная классика. В то же время в англоязычном медиадискурсе книгу считают проблемной: нездоровые отношения романтизируются. Можно ли говорить об отношениях Кэтрин и Хитклиффа как об истории любви? Если да, то не скатываемся ли мы в идеализацию персонажей — отнюдь не героических, а напротив, неприятных личностей? Вопросы остаются без ответа. А значит, прекратят обсуждать роман не скоро.

«Опасные связи» Пьер Шодерло де Лакло

© СЗКЭО

Мы говорили об английском обществе, но не только оно было чопорным. Роман «Опасные связи» вызвал скандал во Франции. Причиной стало не расхождение в статусах героев. Общественную реакцию пробудили манипулятивность персонажей и их склонность к мимолётным интрижкам.

Книга представляет собой сборник писем. Часть из них пишет маркиза де Мертей, которая уверена: её удел по жизни — побеждать. Маркиза сближается с невестой своего бывшего любовника, чтобы научить девушку лгать и подтолкнуть к внебрачным связям с другими мужчинами. Ведь если юная наивная Сесиль будет опозорена, то и её будущий муж тоже. Таким образом, сам сюжет по меркам XVIII века дерзок. Фривольность достигает апогея в переписке маркизы с «другом»: она обсуждает его женщин и откровенно рассказывает о собственных отношениях.

В наши дни роман чаще воспринимают так, как и планировал автор. Читатели видят в книге предупреждение и изобличение скучающих аристократов, ради развлечения и мести разрушающих чужие судьбы. Впрочем, новая оптика пробуждает в аудитории новые вопросы: любопытно исследовать психологию «злодеев» с современной точки зрения. Порицая персонажей, всё же задаёшься вопросом: как вышло, что они хотят только обладать, но не любить?

«Иуда Искариот» Леонид Андреев

© АСТ

Писатель Серебряного века, друг Максима Горького и симпатизант Первой русской революции – все эти определения относятся к Леониду Андрееву. Он не боялся сложных тем: писал о казне и войне. А ещё представил свою интерпретацию библейского сюжета о предательстве.

При этом Андреев не переиначивает историю. В его повести Иуда тоже продаёт Христа за тридцать сребреников. Но писатель отходит от привычной трактовки этого поступка. Андреев не признаёт мотивом одну только корысть и тщательно выписывает портрет отступника. Иуда уродлив и лицемерен, корчит из себя шута и не чурается кражи. Однако другие апостолы в этой версии немногим лучше. Они трусливы и высокомерны. К тому же, вопрошает автор, разве они не предали своего Учителя, не попытавшись его спасти?

Писатель помещает в центр повествования общепризнанного злодея и показывает его душевные метания. Мимоходом откровенно высказывается о слабых сторонах будто положительных персонажей. В общем, Андреев создаёт как минимум три причины для скандала. Неудивительно, что общество, тогда более религиозное, возмущается. Да и в XXI веке к произведению относятся с долей скепсиса. Например, журнал «Фома» называет его «замысловатой игрой интеллектуалов».

«Скорбь Сатаны» Мария Корелли

© МИФ

Отчасти продолжаем тему религии: в этой книге в фокусе внимания оказывается сам Дьявол. Он ведёт писателя-неудачника на вершину успеха. Или наблюдает за восхождением. Ведь достаточно толчка, а дальше человек пойдёт по инерции. А то и побежит — самостоятельно. Люди упрямы: они не делают того, чего не хотят сами.

Книга выглядит благообразно. Более того, она таковой и является. Сам рассказчик подмечает, что с каждым часом делается грубее и эгоистичнее. Мораль лежит на поверхности. Поэтому недовольство части общества связано не с пропагандой распущенности или жестокости. Образ Сатаны тоже ни при чём. Он обходителен, умён и красив — что ж, Дьявол в силу роли должен быть привлекателен. Хотя психологизм в его портрете мог обеспокоить церковь, критиков того времени возмущает другое. По их мнению, книга попросту плохо написана: нет изящества. Правда, тысячи покупателей с ними не соглашаются.

Споры вокруг романа не утихают. В последние годы, по сведениям «Эксмо», книга снова переживает всплеск популярности. Журналисты медиа «Горький» видят в ней источник «Мастера и Маргариты», а блогеры называют «Скорбь Сатаны» пустышкой. В отзывах тоже мешаются противоположные определения: то это «роман о женской силе», а то «женоненавистническая книга».

«Пролетая над гнездом кукушки» Кен Кизи

© «Эксмо»

Чем дальше в лес, тем злее волки. В нашем случае — чем позже издана книга, тем больше она шокирует. В романе от первого лица описываются порядки в психиатрической больнице. Здесь ни ценности самовыражения, ни ценности выживания не воплощаются в жизнь. Смелая тема приносит автору известность и влияет на состояние медицинских учреждений в США. А ещё — подвергает его книгу цензуре.

В самом начале романа рассказчик по прозвищу Вождь Бромден признаёт: трудно поверить, что всё описанное — правда. Он прав. От физиологических подробностей нечеловеческого обращения с пациентами начинает не хватать воздуха. При этом процесс лоботомии можно не показывать — достаточно демонстрации последствий. Однако не только жестокость становится причиной для запрета. Части аудитории также не нравится грубый язык и аморальные сцены.

В XXI веке жестокость в искусстве удивляет, но не настолько, чтобы запретить книгу. Нынешняя проблема романа — в отсутствии этичности. Конечно, её трудно представить в сюжете: едва ли Вождь станет подбирать слова, чтобы описать других пациентов. Восприятие идеи романа тоже меняется. Свободный человек борется с Системой? Как бы не так. Ресурс «Кинотеатр.ру» обозревает снятый по мотивам романа фильм и замечает занимательную тенденцию. Зрители оценивают персонажей не так, как десятки лет назад: медсестра Рэтчед не такой уж и монстр, а Макмёрфи — не герой.

«Крёстный отец» Марио Пьюзо

© Издательство «Э»

Настоящий культурный феномен. Именно он задал правила, по которым до сих пор изображается мафия в литературе. И, конечно, в кино. Первый фильм о семье Корлеоне «отбивает» бюджет более чем 20 раз. Первоисточник тоже быстро входит в списки бестселлеров. Правда, с тем же успехом его называют «макулатурой».

Причина различий в оценках проста. Марио Пьюзо умело балансирует между изысканностью и непристойностью. С одной стороны — диалоги, которые насыщены итальянскими вкраплениями и рассуждениями о долге и правосудии. Мир сицилийской мафии далёк от большинства читателей, но очень притягателен. С другой стороны — постоянные скабрезности. Они снижают пафос, как и сцены насилия, которые оставляют ощущение липкости. Обнажение неприглядных сторон жизни одновременно превращает автора в богача и ставит пятно на репутации.

Современная аудитория смотрит на перечисленные недостатки снисходительно, но проблемы находит. В «Крёстном отце» видят романтизацию преступности. Образы мафии действительно не всегда вызывают отвращение. Вспомним Дона Корлеоне. Его учтивость и старомодность сочетаются с принципиальностью и безграничной властью. Относиться к персонажу без должного уважения кажется невозможным — вопреки знаменитой цитате.

Источник фото обложки: golden-book-gold-time-object on freepik