На этой выставке нет привычных для проекта о известном деятеле портрета на входе и стенда с датами. В комнате только несколько объектов буквально соединенных друг с другом красной нитью. Она начинается у схемы электрической цепи и проходит через силуэты людей и зданий, обрываясь у брошенной телефонной трубки, а на противоположной стене появляется снова, возле прибора, от которого расходятся круги.
Так устроен «НЕМРЕТ» — выставочный проект Серёжи Проказова и Кити Елисеевой о Льве Термене, советском инженере, еще при жизни прославившемся на весь мир своей музыкой.
В помещении выставки звучит его собственное изобретение. На расположенном в углу экране Лев Термен, его руки движутся в воздухе, а звук меняется в зависти от расстояния до антенн. Это терменвокс — первый в мире музыкальный инструмент, к которому не нужно прикасаться, чтобы извлечь мелодию.
Источник фото: Гусейнова Ангелина
Зритель начинает знакомство с Терменом с изучения чертежа электрической цепи. На нем множество пометок, иногда, кажется, совсем не относящихся к проекту. Это попытка проиллюстрировать ход мыслей гения. Из схемы тянется красная нить. Она проходит сквозь силуэт мужчины и останавливается на изображении Петроградского политехнического университета. Здесь началась громкая карьера Термена. «Громкая», потому что первым его изобретением была система сигнализации, использовавшаяся для охраны Эрмитажа. Во время работы над ней, инженер заметил, что используя электричество по такому принципу, можно играть музыку. В один день он продемонстрировал и сигнализацию, и инструмент, который назвал терменвоксом. Его талант был высоко оценён Лениным, и Лев Термен, получив признание соотечественников, отправился в командировку в США.
Красная нить движется дальше от здания института, проходит сквозь указывающую вперёд фигуру Ленина и достигает здания Карнеги-холла в Нью-Йорке. Здесь Термен регулярно давал концерты, благодаря которым стал известен по всему миру. Их посещали Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн, Джон Рокфеллер и будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр. Многие из этих влиятельные слушателей стали его друзьями.
Следующий силуэт на стене — женский. Именно в Нью-Йорке Термен познакомился с будущей женой, знаменитой танцовщицей балета Лавинией Уильямс. Но его выбор заставил новых друзей отвернуться от него. Дело в том, что даже в таком прогрессивном городе, как Нью-Йорк, в то время межрасовые браки считались неприемлемыми, а Лавиния Уильямс была темнокожей.
Источник фото: Гусейнова Ангелина
Красная нить обрывается на брошенной телефонной трубке. Конечно, причиной этой командировки было не стремление советского правительства поделиться с миром дарованием Льва Термена. Вхожего в круги элит учёного, использовали как шпиона и требовали докладывать всю информацию, услышанную от влиятельных друзей. Разрыв общения с ними из-за брака с Лавинией сделал дальнейшее пребывание Термена в США бесполезным.
Зритель выставки может самостоятельно поднести трубку к уху, и после трёх гудков, услышать приказ — Лев Термен должен незамедлительно вернуться в Советский Союз. Тайно, используя поддельные документы.
На следующей стене окна, заклеенные газетами и плакатами. Красной нити нет рядом — в этот период даже близкие друзья Термена, включая его жену, не знали ни где он находится, ни жив ли он вообще. Учёный, когда-то работавший над системой охраны, после ложного обвинения в подготовке убийства Кирова в 1938 году сам попал под стражу. Даже в трудовом лагере Термен продолжал работать над изобретениями и конструировал для советских спецслужб различные прослушивающие устройства. Только к 1954 году он был реабилитирован и продолжил работу над музыкальными инструментами.
Источник фото: Гусейнова Ангелина
В 1967 году известный музыкальный критик Гарольд Шлосберг приехал в СССР и в консерватории встретил, как все тогда считали, мертвеца. Термен отшучивался, что если прочесть его фамилию наоборот, получается «немрет», будто это объясняло, как он оставался жив, несмотря на сложные отношения с правительством. Новость об их встрече напечатали в «New York Times». Правда, публикация «буржуазной прессы» вызвала негодование в СССР. Студию Термена закрыли, все его инструменты изрубили топором и выбросили, а из консерватории он был уволен.
Последний экспонат выставки — приёмник, вокруг которого снова появляются нити. Они, как волны на воде, расходятся от него кругами. Это иллюстрирует не очередной эпизод из жизни ученого, а его наследие. Термен умер в 97 лет, но его изобретение не закончилось вместе с ним: терменвокс по-прежнему звучит, а его разработки продолжают жить в культуре и технике, не позволяя забыть о художнике, чьи гениальные идеи пришли к нему в то время, когда его страна больше нуждалась в инженерах.
Источник фото: Гусейнова Ангелина
Но выставка — не просто памятник Термену. Она не предлагает восхищаться гением и не сводит его историю к формуле «великий изобретатель, которого недооценили». В первую очередь она задает вопрос: что происходит, когда государство начинает относиться к человеческому интеллекту как к ресурсу, которым можно распоряжаться независимо от самого человека? И в каламбуре, придуманном самим Терменом из его фамилии, нет торжественного пафоса. Скорее это констатация факта: человека можно забыть, лишить свободы, убрать из публичной жизни, но не так просто остановить то, что он уже успел создать.