Топ-100

Напишите нам

Есть интересная новость?

Хотите, чтобы мы о вас написали?

Хотите стать нашим автором?

Пишите на: leonovichjohn@mail.ru

Хотите презентовать здесь свой релиз или клип? Пишите: leonovichjohn@mail.ru
16+
«Я не дома»: Руслан Актемиров о первом альбоме проекта «Вирлиця»

14 сентября киевский музыкальный проект «Вирлиця» представил свой дебютный полноформатный альбом, получивший название «Я не дома».

«Вирлиця» – проект одного человека, Руслана Актемирова. Руслана вы можете знать по группе Yoga for Wine Lovers («ЙФВЛ») – будучи сооснователем команды, музыкант долгое время рубил там на гитаре, пока множество обстоятельств не привели его к сольному творчеству. Насколько это решение было удачным, разумеется, покажет время, однако прямо сейчас «Вирлиця» кажется как минимум любопытной и уверенно стильной музыкальной единицей.

Всегда подкупает, когда творчество – это именно творчество, цель которого – высказаться, отрефлексировать накопленное, а не запрыгнуть в чарты и ютиться там среди десятка хайповых треков, которые не всегда получается друг от друга отличить. Когда творчество – это истории и мысли, которыми хочется поделиться. Подкупает еще сильнее, когда итоговый результат еще и завязан на необычные решения в звуке – как в музыке самой по себе, так и в саунд-дизайне материала. «Я не дома» подходит под это описание.

В пластинку вошло восемь треков, которые так или иначе заставят вас вспомнить свой дом. И это хорошо. Мотив долгой дороги домой – один из древнейших устоявшихся мотивов в искусстве, связанном со словесностью. И реализовывать его, разумеется, можно совершенно по-разному: можно рассказать историю возвращения Одиссея на Итаку, можно сделать коллаб с «Би-2» и наконец-то застелить под тяжелые гитары. А можно уютно и чуть ли не робко прокручивать в памяти какие-то эпизоды из прошлого. Того прошлого, в котором был дом – метафизический, разумеется. Не важно, сколько в нем комнат, и выплачена ли уже за него ипотека – там нас любили и ждали. Семья, друзья. Любимый человек, с которым не обязательно носить маски. Кошка, которая в глубине души все равно нас любит. Собака, с которой по вечерам можно было гулять по загаженному мусором хмурому парку.

Все это вертится в калейдоскопе воспоминаний, какие-то фрагменты стираются, некоторые картинки выцветают, начинают граничить с фантазией и иллюзиями – а было ли это? Было. Хорошее держит нас, и мы должны отвечать ему тем же – иначе оно не станет реальностью. «Я не дома» – отчасти про это. А отчасти – про многое другое. Важно, что это «другое» еще и может оказаться своим у каждого, кто возьмется послушать альбом – дом-то у всех свой.

Восприятию тем хорошо помогает музыка – действительно удачный и необычный эксперимент. Мы не возьмемся охарактеризовать «Я не дома» жанрово – где-то это синт-поп, где-то – чуть ли не блюз, где-то – что-то еще. В первом альбоме «Вирлици» соединилось то, что совмещать как-то даже и не принято: незамысловатые ритмы драм-машины, старомодные синты откуда-то из нулевых, еще более архаичные блюзовые и рок-н-ролльные гитарные соло – ненавязчивые, без акцента, вкрадчивые. И все это рисует цельное полотно в пастельных тонах – в самый раз для картинок из памяти.

«Портал Субкультура» поговорил с Русланом Актемировым об альбоме, дистрибуции, ощущении дома и DIY.

– Почему свой проект вы назвали «Вирлиця»?

– Я долго искал слово, которое попало бы в мое видение этого проекта, и сперва ничего не казалось подходящим. Пока я работал над альбомом, я перекопал в себе много чувств и воспоминаний из детства, и я думаю, это сильно повлияло на выбор. Вирлиця – это озеро рядом с моим домом в Киеве. Грязный пляж, камыши, мусоросжигательный завод. Это не самое живописное место, но для меня оно важно. Наверное, это картинки из детства, которые впечатались в память – иногда они возвращаются и напоминают о себе. А теперь и я вернулся в Киев после многих лет жизни в Москве, и снова живу там же, где и в детстве. Как ни крути, место, где мы проводим свою жизнь, остается с нами навсегда и определяет нас. Пусть это спальный район на окраине, пусть повсюду раздолбанные дороги и недовольные люди – но это часть нас, и от этого не убежать. Я называю свою музыку в честь неказистого озера, и это часть принятия себя таким, как есть. Отчасти идея здесь – найти прекрасное в обыденном, и немножко подбодрить людей.

– «Вирлиця» – это еще и станция метро, причем построенная в кратчайшие сроки. Как долго вы шли к своей «Вирлице»?

– В 2018 году я начал писать песни снова после долгого перерыва. На этот раз я чувствовал, что они достаточно хороши, и мне есть что сказать, и твердо решил, что донесу их до публики. Я очень хотел сделать все сам, а не собирать группу, и начал кропотливо осваивать музыкальный софт и собирать скромную домашнюю студию. Где-то через полгода начало получаться, и примерно в августе 2018 я начал работу над материалом, которой в итоге стал альбомом «Я не дома». Для меня было в новинку смотреть на музыку глазами не просто гитариста, а продюсера, видеть целостную картину и принимать решения о том, как все будет в итоге выглядеть. Но думаю, путь к сольному проекту начался гораздо раньше. Я писал песни с 14 лет, некоторые были неплохими, но большую часть я никогда никому не показывал, не считал их достаточно хорошими. Так что это годы творческой работы, исписанных блокнотов и сердечных ран.

– А что с участием в группе «ЙФВЛ»? Может быть это и не слишком корректный вопрос по отношению к коллегам, но прямо сейчас что для вас важнее и интереснее?

– В «ЙФВЛ» я был одним из основателей группы, и принимал самое деятельное участие, пока не решил уехать из России. В 2017 я уехал жить в Черногорию, и с тех пор в группе мое участие было эпизодическим. Это было очень тяжелое решение для меня, потому что я очень люблю ребят и обожаю музыку, которую мы делали вместе, но оставаться в Москве я больше не мог. Я украинец, и для меня невыносимо жить в стране, которая ведет агрессивную войну против Украины. Когда я оказался в Черногории, я все так же хотел делать музыку, но уже не мог репетировать с группой. Это сподвигло меня учиться писать музыку в домашней студии на компьютере. Можно сказать, изоляция меня вдохновила на сольный проект. Было сложно, потому что поначалу я ничего не умел! Но внезапно я осознал, что у меня огромный опыт в создании аранжировок, множество идей и текстов, и желание петь, и было бы преступлением не выпустить это в мир. Я загорелся идеей своего проекта, и «ЙФВЛ» практически не уделял внимания.

– А почему альбом получил название «Я не дома?»

– Банально, но дом – это не место, это ощущение. Когда я писал альбом, я осознавал, что теряю чувство «дома» и уюта. У меня хроническая депрессия, и отправной точкой для борьбы с ней стал момент, когда я осознал, что я в депрессии. Чтобы начать движение к «дому», нужно осознать и принять, что прямо сейчас что-то не в порядке. Мне это придало сил бороться и жить, кто-то назовет это «оттолкнуться от дна». Для меня писать песни – в каком-то смысле терапевтичный процесс, и я стараюсь передать в них эту позитивную энергию. Я не дома – но я не унываю, все будет хорошо.

– Как по-вашему, когда наступает тот момент, когда можно честно сказать: «Я дома»? Каким этот дом должен быть, чтобы больше не чувствовать себя вечно в гостях?

– Честно, мне трудно ответить! «Дома» – это с близкими друзьями, с любимым человеком, с семьей. Когда вы на одной волне и доверяете друг другу достаточно, чтобы не бояться показать свою уязвимость. Но вообще, это все равно, что гуглить, счастлив ли ты. Если тебе нужно это гуглить – сорян, ты не счастлив. Так что, когда ты знаешь – ты знаешь, это глубоко внутри.

– Это ваш дебютный альбом. Какие чувства вы испытывали, когда первый лонгплей оказался в сети?

– Мне было очень страшно! Я провел с этими песнями наедине почти год, показывал их только очень близким людям. И поэтому страшнее всего для меня было, что люди не поймут или засмеют. Когда ты пишешь песню, ты кладешь туда самое драгоценное, что у тебя есть внутри. Поэтому показать ее кому-то всегда испытание на прочность. Так что я внимательно следил за лайками и фидбеком, для меня это было супер-важно. Сильно много времени на рефлексию в этот момент у меня не было, поскольку вопросами пиара и дистрибьюции я занимаюсь сам. В то же время, сложно писать посты и договариваться о рекламе, когда в душе все переворачивается, куришь одну за другой и думаешь, не обсирает ли кто-то сейчас твой альбом.

– Какую песню вы бы могли назвать центральной на пластинке? Почему?

Трудно выбрать! Наверное, «Момент» можно назвать центральной. Она о том, что все однажды пройдет, но мы все равно будем цепляться за моменты счастья и эйфории. Безнадежная и прекрасная попытка продлить радость жизни – я пою ей свой неуклюжий гимн. Может это звучит пессимистично, но я оптимист, на самом деле. Некоторые моменты стоят лет жизни.

Еще «Момент» – одна из самых удачных в смысле цельности звучания песен на альбоме. Я очень доволен аранжировкой и гитарным соло, мне кажется, мне удалось сохранить изначальную простоту песни и не испортить ее.

– Ваша музыка весьма и весьма необычна – как вы искали свое звучание?

– Спасибо, я приму это за комплимент! Я в первую очередь гитарист, и это оставляет свой след на моей музыке. Я вырос как музыкант на рок-н-ролле, блюзе и Led Zeppelin. Но на этом альбоме я старался идти от обратного, я хотел сделать звучание более электронным. Как человеку, который всю жизнь работал с живыми группами, мне очень интересно работать с синтезаторами, драм-машинами и сэмплами, это целый новый мир! Меня очень вдохновляют идеи из техно и хауса, и, хотя я абсолютный дилетант в этой истории, я загорелся идеей совместить танцевальную электронику с около-блюзовыми гитарами. Так что, когда дело дошло до того, что нужно прицепить к альбому ярлычок жанра, я оказался в затруднительном положении. Но поиск своего звучания не заканчивается никогда. Я стремлюсь издавать из инструментов такие звуки, которые бы точно выражали, что у меня на душе, и при этом не повторяли того, что уже написано. По-моему, очень важно следить за тем, что происходит сегодня в музыке – не чтобы впрыгнуть на hype train, а чтобы черпать вдохновение. Самая вдохновляющая мысль, которая может прийти, когда я слушаю музыку: «а что, так тоже можно было?». Сразу хочется взять гитару и обработать эту идею по-своему.

– Вам хотелось бы оставить такое звучание на следующих релизах, или вы возьметесь за другие эксперименты?

– У меня уже есть материал ко второму альбому, и я думаю, в целом концепция останется похожей: электроника, гитара, голос. Но я думаю, что песни будут более минималистичными и мрачными. Возможно, будет рэпчик и песни на украинском. Без экспериментов никак, только они и двигают нас вперед! Самым большим вызовом для меня будет пустить других музыкантов в свои песни, и я очень хочу устроить коллабы с кем-то из своих друзей.

– Последняя история, которую вы прочитали в интернете, и подумали, что мир действительно прекрасен?

– Знание о том, что мир прекрасен, всегда со мной, но вот истории в интернете обычно об этом не напоминают. Зато об этом напоминают друзья, любимая музыка и кофе.

– В комментариях к посту с «Я не дома» вы сказали, что альбома не будет Apple Music, потому что дистрибьютор не размещает русскоязычный контент на этой платформе. Как так вышло?

– Я выбрал в качестве дистрибьютора платформу Distrokid. Это просто удобно, музыкант платит им 20 баксов в год, а они размещают музыку на всех стриминг-ресурсах. К сожалению, они предупредили, что не размещают русскоязычное на iTunes/Apple Music в тот момент, когда менять дистрибьютора было уже поздно. И я такой типа: «Вот это поворот!» На самом деле, я уверен, что на моем этапе это не самая критичная проблема, я работаю в целом над тем, чтобы «Вирлиця» стала более узнаваемой. Возможно, через год мои треки появятся и на Apple Music.

– Bedroom-студия – это в смысле в просто в комнате, дома?

– Да, сейчас у меня очень простой набор: компьютер, аудиоинтерфейс, миди-клавиатура и наушники. Последнее время я часто переезжал, так что решил ограничиться минимальным сетапом. Иронично, потому что раньше я был ярым поборником «настоящих» студий, аналогового оборудования и винтажных гитарных комбиков. Теперь мне важнее свобода, которую дает домашняя студия - разрыв между появлением идеи и ее записью можно сократить до минимума.

Другой вопрос, что когда твоя студия стоит у тебя дома, тебе трудно настроить себя на нужный лад. Ты не платишь почасовую аренду, и возникает ложное чувство, что можно растянуть работу на бесконечно долго. Нет, к сожалению, нельзя. Когда появляется песня, надо над ней работать, пока она не надоела тебе самому.

– Как вы думаете, стоит ли владельцам солидных студий звукозаписи переживать, что домашние музыканты рано или поздно оставят их без работы с учетом развития цифровых технологий в звуке, которые позволяют добиваться отличных результатов, и все большей любовью аудитории к DIY?

– Студии никуда не денутся, конечно, это часть многомиллионной индустрии. И ближайшие десять лет без работы их не оставит никто, особенно, как вы забавно выразились, домашние музыканты. Кайф студии не в том, что там «тот самый звук», а в том, что это намоленное место, куда приходят именно работать. Вопрос здесь в том, относится музыкант к музыке как к работе, или как к хобби. Суровая правда: невозможно добиться успеха в том, чему ты посвящаешь 2-3 часа пару раз в неделю, на какой студии бы ты не писался.

– 17 октября вы презентуете «Я не дома» в московском Punk Fiction. Почему именно там?

– Это первый концерт проекта, так что я искал небольшую площадку, куда ходят молодые и модные. Друзья порекомендовали Punk Fiction, мол душевно-классно. И мне понравились ребята по общению, мы делаем в целом одно большое дело.

– К чему должна привести вас ваша музыка, чтобы вы сказали: «У меня всё получилось»?

– Это чувство «у меня всё получилось» у меня есть каждый раз, когда я знаю, что написал классную песню, отыграл душевный концерт, закончил качевый трек или сыграл красивое соло. Это лучше, чем наркотики. Каждый такой момент – как ступенька, и я стараюсь изо всех сил, чтобы в следующий раз прыгнуть выше.