В конце прошлого года на музыкальной сцене появилось имя Ksentiméntal. Её первый сингл Marshall — меланхоличный сплав мягкой поп-музыки и атмосферного альтернативного рока. Образ «самой грустной сонграйтерки» здесь кажется максимально органичным: в нём нет кокетства, только искренний разговор об одиночестве и поиске близости. Этот мелодичный очерк о том, как трудно жить в вечной борьбе за счастье и как остро ощущается отсутствие человека, способного увидеть тебя по-настоящему.
В центре истории предстаёт мгновенно узнаваемый городской архетип — «грустная девочка с наушниками Marshall». Это портрет человека, чей «оверсайз» стал единственной доступной броней, а музыка в ушах — шумоподавлением для реальности. Героиня Ksentiméntal даёт голос всем, кто желает любви, но привык держать сердце на засове. В этом смысле Marshall напоминает интимную хрупкость Мирель, смешанную с прямолинейным депрессивным реализмом нексюши.
Строчки о «пьяных слезах и виски с колой» задают высокий порог искренности и становятся точкой наивысшего эмоционального накала, а тонкие, но броские акценты добавляют этой истории объёма. Как будто бы вскользь упомянутые глаза, сквозящие безотцовщиной, превращают историю в настоящую поколенческую драму. Здесь «золофт» и «оверсайз» — не просто модные маркеры, а способ описать внутреннюю пустоту и попытки её заполнить. Это урбанистический нуар, где даже отчаянная просьба «Господи, только не спасай» звучит как высшая форма гордости человека, привыкшего справляться в одиночку.
Звучание Marshall выдержано в эстетике уютного бедрум-попа. Минималистичный ритм и мягкая, почти «домашняя» обработка вокала создают ощущение предельной близости — будто артистка напела эти строки лично вам в голосовом сообщении. На припевах песня обретает больше воздуха и динамики, помогая прожить накопленное напряжение, но не разрушая общего меланхоличного транса. Это звук, который не пытается казаться глянцевым. Он выбирает быть настоящим.
О том, как заставить «внутреннюю стену» рухнуть, почему первый трек едва не запретили к выпуску и за что артистку удалили из домового чата в день премьеры, узнали у Ksentiméntal в интервью.
— В канале вы писали, что решили: «музыка стоит того, чтобы попробовать» в прошлом году. Когда у вас появилось желание писать песни и что стало решающим толчком, чтобы взяться за дело?
— Писать мне хотелось всегда, я и писала что-то, но в этом не было направленности и амбиции. Моя жизнь развивалась так, будто есть я, есть профессиональная музыка, это параллельные миры, и между нами непреодолимая стена.
А потом было два важных события. Первое — я волонтёрила в психоневрологическом интернате. Связь неочевидна, но она есть и прямая. Этот опыт мощный во многих смыслах, в частности — он рушит кучу привычных ограничений, просто плавит. У нас с друзьями по этому опыту есть шутка об этом: «а стеночка-то рухнула». Вот стеночка между мной и музыкой рухнула, я поняла, что на самом деле нет ничего, что мешало бы мне это делать. Второе — я однажды на несколько часов залипла в телеграм-каналы артистов, думая: «классная жизнь, а ведь у меня могла бы быть такая». Через пару месяцев я дописала первую песню.
Фото из личного архива Ksentiméntal
— От вашего первого шага в сторону музыки до выхода дебютного релиза прошёл целый год. За это время многое могло поменяться. Были ли у вас другие варианты, о чём написать первую песню, или Marshall изначально был единственным кандидатом на выпуск?
— К моменту, когда мы начали делать продакшн, у меня было написано несколько песен. Мне кажется, «о чём написать» — это не совсем сознательный выбор и волевой акт (если мы не говорим о коммерческом сонграйтинге под тренды). Пишешь о том, что болит и о чём пишется.
Вот «какую песню первой выпускать» — это да. Но и тут я довольно интуитивно выбрала Marshall, отчасти ориентируясь на узнаваемость внешнего образа грустной девочки с наушниками и универсальность описанного переживания.
— Для дебютного релиза вы выбрали основательный подход — студийный звук. Расскажите, как вы познакомились с Chuvakam и почему для работы над первым треком выбрали именно их?
— Основательный подход, потому что я настроена серьёзно)
А если серьёзно, я просто искала человека, который бы делал продакшн для моих песен: себя я считаю сонграйтером и учиться делать аранжировки не хочу. Chuvakam нашлись по социальному графу: брат жены моего приятеля дружит с одним из ребят из студии. Мы попробовали работать с Владом, и получилось здорово: и по вайбу, и по качеству, и по-человечески.
— «Самая грустная сонграйтерка и её путь из ниоткуда к стадиону». Как появился этот образ? Не боитесь ли вы, что открытость к такому глубокому и не всегда простому переживанию может ограничить аудиторию, или вы, наоборот, считаете, что именно так и находятся те, кто готов разделить эти чувства?
— Думаю, что образ будет ещё уточняться, но грусть и прочее болезненное точно будет занимать много пространства в песнях. Ну просто я такой человек, который смотрит глубоко, а на глубине всегда тлен и хтонь. Но тлен не значит, что света нет. Вот я собираюсь курсировать между тленом и светом в своей музыке.
И на мировой, и на российской сцене много примеров музыкальных проектов, окрашенных в основном печалью и тяжестью. Хотя бы Radiohead, Билли Айлиш — в них много печали, много трагизма. Мне кажется, это вообще основная социальная задача песен: дать человеку не-одиночество в его переживании, помочь ему это прожить. А Россия вообще для грустных. Возможно, на поле грусти даже сложнее конкурировать, но я попробую предложить свою уникальную грусть.
— С выхода вашего первого трека прошёл уже месяц. Оправдались ли ожидания? Какие чувства вы испытываете к своему «первенцу» теперь?
— Ну вы прямо по сердцу. Как человек с высокими стандартами и ожиданиями от себя, я, конечно, смотрю на цифры с мыслью: «ну, можно было и получше, в тик-токе мы ещё не залетели».
На самом деле, я вообще не знала, чего ожидать, так что оправдать это или не оправдать это было невозможно. Были радостные моменты: видеть, как друзья подпевают наизусть через сутки после релиза, кто-то писал, что послушал трек 50 раз подряд. Были огорчающие. Чувства к первенцу примерно такие: я рада, что он существует, и не слушаю его без необходимости)
— Вы упоминали, что немного смутились, когда впервые услышали свой трек в публичном месте. Как думаете, откуда берётся это чувство и удалось ли к нему привыкнуть? Ждёте ли чего-то подобного от второй песни?
— Да, мы с друзьями организовали потрясающее мероприятие: презентацию трека Ksentiméntal — Marshall. Мы ходили по московским рюмочным и просили включить трек. Это действительно очень волнительно и странно, и трепетно — слышать его впервые в публичном месте. Я бы объяснила природу этого чувства так: эта рюмочная только что была внешним, отдельным от тебя пространством и вдруг стала твоим внутренним. Думаю, со временем это «выворачивание» нормализуется, но пока нет.
Про вторую песню в этом смысле вообще страшно думать — она ещё более личная и болезненная. Не знаю, что произойдёт со мной, когда впервые услышу её публично. Возможно, обойдёмся без презентации в рюмочных на этот раз.
Фото из личного архива Ksentiméntal
— Расскажите, почему решили остановиться именно на этой марке наушников в треке? Это был просто близкий вам образ или, действительно, маленькая хитрость с расчётом на будущее партнёрство с брендом?
— Мне кажется, грустная девочка с наушниками Marshall — это уже устоявшийся городской образ. Как безответственный скейтер с карабином на джинсах и усами. Мне постоянно в городе, в метро попадаются такие девочки: с этими наушниками, с большими печальными глазами, в оверсайзе; в них есть какая-то схожесть, общая боль.
Я захотела в песне поиграть с этим образом. По факту я просто как-то начала напевать «грустная девочка с наушниками Marshall, скажи мне, кто перемолол твоё сердце фаршем», и дальше поехало. В куплетах я решила поисследовать и пофантазировать, почему она грустна, почему у неё такие печальные глаза. Я думаю, внутренний портрет получился шире, чем только поклонницы бренда, и многие современные девушки узнают в нём себя: «устала за счастье драться», «бежала со всех ног, просто чтоб не чувствовать себя такой одинокой» — ну мы или не мы? А девочка с наушниками — просто понятный визуальный образ. Каждый из нас — немного эта девочка.
Расчёта, конечно, никакого не было. По расчёту, наверно, надо было бы писать песню про Яндекс.станцию, а не иностранные бренды. Но я, конечно, буду рада, если бренд заинтересуется песней — Marshall, пишите.
— Недавно вы упоминали, что проживаете кризис второй песни, и вам кажется, что изначально надо сделать всё по-другому. Что помогает вам справляться с этим состоянием? Было ли нечто похожее, когда вы работали над первым треком?
— Справляться помогают три вещи: текущая версия мне на самом деле тоже нравится, я не хочу откладывать второй релиз, и я знаю, что песню в акустике мы всегда можем сделать и выпустить.
С первым треком такого не было. Скорее, уже после релиза, иногда к нему возвращаясь, я думаю «а вот тут стоило сделать иначе». Возможно, дело не в аранжировках, а просто такой период сомнений)
— У вас в ленте был забавный мем о том, что хочется «просто писать грустные песни о любви», а не катализировать социальные изменения творчеством. Как вы считаете на самом деле: должен ли артист стремиться к стимуляции перемен? Какую миссию вы определили для Marshall и есть ли у вас внутренний запрос на создание песен-катализаторов?
— Этот мем отсылает к вечному вопросу, должно ли искусство быть политическим. В базовом прочтении это требование к искусству выставляет человеческие чувства слишком мелкими, недостойными рассмотрения. Было время, когда я исповедовала такие идеи, но спойлер: за это время я ничего не написала.
Сейчас я убеждена, что тьма общественная напрямую связана с тьмой личной, и мы становимся способны на перемены, только когда меняемся как люди. В этом смысле мне окей с локальной миссией, затрагивающей человека и его чувства. Марсельезу писать не хочется.
Что касается Marshall — не могу сказать, что у песни была какая-то Миссия. Главный посыл, наверно, такой: я знаю эту боль, и вот из неё есть выход, «лишь бы твои глаза были снова счастливо-синими».
— История о том, как вас удалили из домового чата за рассылку своей песни, — это одновременно и смешно, и грустно, и очень смело. Какие ещё необычные способы продвижения вы пробовали и есть ли какая-то идея для промо, которую очень хочется реализовать, но пока не хватает решимости?
— Из необычных способов продвижения: я выше рассказывала про презентацию трека в московских рюмочных. Это пока моя самая большая гордость в плане промо. Не знаю, нашла ли я так хотя бы одного слушателя, но было очень весело.
Думаю, я недостаточно в промо эксплуатировала историю про то, что один из дистрибьюторов забанил трек и требовал внести изменения, апеллируя к закону (в итоге трек вышел без изменений). У меня была мысль снять видео, где я прошу полицейского послушать песню и как блюстителя закона вынести вердикт, можно ли российскому народу слушать такое — вот на это пока не решилась.
Для следующего релиза у меня есть идея супер-партнёрства. Будет очень волнительно его предлагать, но если получится, это будет очень круто.
А из домового чата действительно удалили очень быстро. Перед удалением успела прочитать одну реакцию: «на любителя». Что тут скажешь кроме как «а я любитель».
Если после знакомства с Ksentiméntal вам тоже полюбился Marshall, в соцсетях исполнительницы уже можно услышать тизер нового трека. Подписывайтесь и ждите следующий релиз вместе с нами!
Хотите узнать больше о студии Chuvakam? Переходите сюда!
Понравился материал? Подпишитесь на нас в VK, Яндекс.Дзен и Telegram.
