Есть спектакли, после которых хочется обсуждать режиссёрские решения, спорить о трактовке классики и ещё долго прокручивать в голове отдельные сцены. А есть такие, после которых выходишь из театра с улыбкой и думаешь: «А почему бы и нет?». Именно таким для меня оказался вечер в Московском академическом театре сатиры, куда мы с мамой пришли на премьеру «Свадьбы Кречинского».
Я давно хотела увидеть эту пьесу Александра Сухово-Кобылина. Написанная в 1854 году и впервые поставленная годом позже на сцене Малого театра, она пережила больше полутора веков — и продолжает возвращаться на московские сцены. И вот что особенно интересно в классике: меняются города, одежда, технологии, правила приличия, а человек почему-то почти не меняется.
Нам по-прежнему хочется казаться богаче, успешнее и значительнее, чем мы есть. По-прежнему находятся люди, готовые жить не по средствам, брать в долг, играть чужими деньгами и очаровывать окружающих красивыми словами. Сухово-Кобылин просто увидел это раньше нас. Кречинский — обаятельный игрок и авантюрист, который проиграл собственное состояние. Теперь он рассчитывает поправить финансовое положение женитьбой на Лидочке Муромской, дочери богатого помещика.
Лидочка его действительно любит. Кречинский — её приданое. До свадьбы остаются считанные дни, а деньги нужны уже сейчас. Тогда и появляется история с бриллиантом: настоящий камень Кречинский берёт под залог, а на его место собирается подложить подделку.
Казалось бы, всё просто. Но за этой аферой стоят доверие, любовь, деньги и несколько человеческих судеб. И вот здесь Театр сатиры делает довольно резкий поворот.
Читайте также
Если вы ожидаете увидеть классическую комедию XIX века в привычном сценическом оформлении, первые минуты спектакля могут слегка сбить с толку. Потому что вместо тихого знакомства с героями на сцену буквально врывается шоу. Кордебалет, перья, блёстки, карточные масти, яркие костюмы. Над всем этим — сияющая вывеска «Игорный дом». Музыка, свет, танец. И первая моя мысль была совершенно честной:
В спектакле этот визуальный язык становится оболочкой для истории.
Сценическая версия Владимира Герасимова, музыка и тексты песен Алексея Лосихина, хореография Сергея Замлянского — всё работает на ощущение большого музыкального представления.
Это современный музыкальный спектакль по мотивам «Свадьбы Кречинского». Танцоры практически всё время находятся рядом с основным действием. Они то становятся частью светского общества, то создают фон для происходящего, то превращают сцену в настоящий карточный стол. Хореография здесь вообще одна из самых заметных составляющих спектакля. Костюмы Андрея Климова поддерживают эту эстетику на сто процентов. Цилиндры, эффектные женские наряды, блестящие детали, перья — всё нарочито красиво. Исторической точностью здесь, конечно, не пахнет.
Анна Антоновна, тётка Лидочки, в исполнении Любови Козий мечтает о светской жизни, блеске, знакомствах и положении в обществе. Ей очень хочется попасть туда, где «настоящие люди», красивые платья и нужные связи. Сегодня мы, возможно, назвали бы это просто желанием попасть в «светскую тусовку». И от этого персонаж становится даже смешнее — и одновременно более узнаваемым. Потому что желание казаться причастным к красивой жизни никуда не делось. Отдельная история для меня — Кречинский. В тот вечер его играл Игорь Лагутин.
Лагутин оказался очень органичным Кречинским. Он дерзок, брутален, быстро переключается между собеседниками и умеет мгновенно менять интонацию в зависимости от того, кто перед ним. Именно это в Кречинском и важно. С Муромским он говорит о хозяйстве и жизни в деревне. С Анной Антоновной обещает превратить дом Муромских в центр светского общества. Перед Лидочкой он заботливый и влюблённый жених. Каждому — своя версия Кречинского. И каждому он говорит именно то, что тот хочет услышать. Вот только за всеми этими красивыми словами стоит очень конкретный интерес — деньги.
Ну действительно — как не поверить человеку, который красиво говорит, поёт, смотрит на тебя именно так, как хочется, и любую проблему умеет превратить в почти романтическую историю?
И вот тут спектакль подбрасывает главный сюрприз.
Финал
Если вы хорошо знаете пьесу Сухово-Кобылина, то знаете и развязку истории. Кречинского разоблачают. Обаяние заканчивается там, где становится очевидным расчёт. Перед нами человек, который готов использовать любовь девушки ради собственного спасения. В «Театре сатиры» решили эту историю повернуть иначе. Кречинский раскаивается. Он понимает, что Лидочка фактически спасла его своим поступком, и в итоге они остаются вместе.
Я подумала — почему нет? Мы два акта смотрели большой театральный праздник, и в самом конце нам предлагают его не разрушать. Можно спорить, насколько такой финал соответствует оригиналу. Можно даже возмущаться: зачем менять развязку Сухово-Кобылина? Но здесь снова всё упирается в то, какой спектакль перед нами. Если воспринимать его как строгую классическую постановку — вопросов будет много. Если как современное музыкальное шоу по мотивам известной пьесы — решение становится понятнее. Тем более что сам Евгений Герасимов появляется на сцене в образе Александра Сухово-Кобылина. Он одновременно режиссёр, рассказчик и своеобразный мост между автором XIX века и спектаклем XXI века.
И спектакль невольно заставляет задуматься: где заканчивается обаятельная авантюра и начинается обман? Почему мы так легко верим тем, кто очень уверенно говорит именно то, что нам хочется услышать? Можно ли любовью действительно изменить человека?
