20 февраля на всех стриминговых платформах вышел электронный сингл «Ворон» от Kniagna при участии t.r.u.b.a.ch (Сергея Кулакова). Исполнительница и саунд-продюсер Kniagna, известная по своим работам в melodic techno с этническими вокальными элементами, в этот раз обратилась к downtempo, создав смелую коллаборацию, где классическая русская народная песня обретает современное электронное тело.
Трек сразу захватывает знакомым с детства зачином: «Чёрный ворон, чёрный ворон, что ты вьёшься надо мной?» Kniagna не просто аранжирует народный текст — она переосмысливает его, погружая слушателя в пульсирующую, но не агрессивную downtempo-основу с глубокими басами и гипнотическими текстурами. Вокал звучит проникновенно, с лёгкой реверберацией, которая усиливает ощущение, будто нам сказывают былину в полумраке. Пронзительная, протяжная партия трубы добавляет треку размаха и драматизма, превращая песню в настоящий саундтрек к противостоянию судьбе.
Особенно удачно исполнительнице удалось сохранить баланс между мрачностью оригинального текста и современным звучанием. Полный отказ от светлых тонов позволил треку остаться честным по отношению к серьёзному первоисточнику. Downtempo-ритм добавляет треку актуальности: он дышит клубной эстетикой, но без лишней суеты, оставляет пространство для размышлений. Это делает «Ворона» не просто кавером, а живым диалогом эпох.
В руках Kniagna русский фольклор бьётся в ритме современности, а не пылится под музейным стеклом. С ней мы поговорили о том, как рождался трек, какие эмоции сопровождали процесс и почему именно «Чёрный ворон» стал отправной точкой.
— Почему именно текст «Чёрного ворона» стал основой для нового трека? Что вас особенно зацепило в этих строках?
— Музыка для меня, как и для многих, является инструментом сонастройки, ведь мы слушаем определённую музыку в определённые моменты. Когда нам грустно — это одна музыка, когда радостно — другая. Видимо, в моей жизни был момент, когда моя душа просила именно эту песню. Создавая аранжировку и перепевая эту песню, я сначала ревела несколько дней, налысо побрилась, а уж потом начала заряжаться силой. Силой, стойкостью духа и огромной верой, которая заложена в текст этой песни! Переживая клубок эмоций в момент создания, я обрела внутреннюю гармонию, и, значит, именно она мне была необходима.
Читайте также
— Как вы думаете, почему эта песня так сильно резонирует с русским менталитетом — вызов смерти/судьбе, но при этом безысходность и сила одновременно?
— В русском человеке заложено это всё. Это в прошивке ДНК. Верить и не сдаваться до последнего вздоха. Смириться перед неизбежным, встретить неизбежное с гордо поднятой головой — в этом и есть сила русской души.
— Если бы вы могли описать настроение трека одной сценой из русской сказки, былины или фильма — что бы это было?
— Описание поля битвы в русских былинах — это особый художественный приём. В отличие от западного эпоса, где внимание часто приковано к блеску доспехов, славянский фольклор нередко использует образы запустения, скорби природы и огромного масштаба. Так что это было бы поле боя после битвы на рассвете… Пир хищных птиц, когда некому хоронить павших.
— Как родилось решение сделать downtempo-версию такой мрачной народной песни? Это был осознанный уход от более светлых или танцевальных жанров?
— Это серьёзная песня, и я хотела выдержать баланс между серьёзностью моего восприятия и желанием вдохнуть новое современное звучание в эту песню. И я очень надеюсь, что у меня получилось. Кстати, в самой музыке есть светлый момент, и слушатель его непременно выделит для себя и почувствует.
— Самый сложный момент в создании «Ворона» — что вызвало больше всего споров, переделок или эмоциональных усилий?
— На удивление, трек был написан очень быстро, что называется, по вдохновению.
— t.r.u.b.a.ch добавил в трек «былинный» и пронзительный характер. Как проходило ваше общение с ним — вы давали конкретные указания или дали ему полную свободу?
— С Серёжей Кулаковым мы знакомы очень давно. Вместе играли на живых выступлениях и записывали музыку. Был какой-то перерыв в общении, но внутренняя связь оставалась, и мы помнили друг про друга. Он очень светлый человек и талантливый трубач. У меня не было необходимости что-то ему указывать. В совместном творчестве с такими людьми отпадает такая надобность. Только доверие и свобода.
— В пресс-релизе вышедшего трека вы говорите о соединении «двух правд» — старинного текста и современного ритма. Какая из этих правд для вас оказалась важнее в итоге?
— В контексте объединения ритма и текста и сочетания старинного и современного правда не может быть одна. Что бы ни говорил «Тутанхамон, который был очень умён», если помните такую песню Вячеслава Бутусова. Я не сторонник однобокого максимализма в искусстве: либо чёрное, либо белое. Всё в мире изменяется, всё претерпевает трансформацию, для этого мы здесь. Помнить и ценить прошлое, давать прошлому новое дыхание, чтобы больше людей смогли «вспомнить», проснуться и ответить на главные вопросы своего времени.
— Были ли у вас какие-то личные ритуалы, места или состояния, в которые вы погружались во время работы над этим треком, чтобы почувствовать атмосферу старой Руси?
— Я живу в деревне уже более шести лет. Здесь всё для меня является местом силы. Здесь по утрам такая тишина. Это потрясающе! Здесь гораздо проще услышать себя, чем в городской суете. А мой каждодневный ритуал перед тем, как сесть за работу над треками, очень прост и банален: прокрастинация в виде работы по дому. Настраиваюсь, просыпаюсь.
— Будет ли живая презентация?
— Я уже играю этот трек, и мои друзья тоже. Так что как-то специально презентовать не буду.
— После выхода трека вы планируете продолжать эксперименты с русским фольклором? Есть ли уже конкретные песни или мотивы, которые хочется переосмыслить следующим?
— Конечно, планирую! И у меня очень много идей, и некоторые из них весьма дерзкие! И треков, которые я уже начала делать, огромное количество. Больше бы времени свободного. А уж куда меня занесёт в музыкальных жанрах, только Богу известно.
Понравился материал? Подпишитесь на нас в VK, Яндекс.Дзен и Telegram.
