Роман Габриа: «А хочется пьесы, действенного сюжета». О спектакле «Пастернак » в театре «Мастерская»

или «о режиссере в интервью»

Никита Капралов (Борис Пастернак)

Перед самым Новым годом театр «Мастерская» выпустил поэму, посвящённую, как правильно было бы сказать, НЕвручению Нобелевской премии Борису Пастернаку за роман «Доктор Живаго». «Субкультура» поговорила с режиссёром и автором текста Романом Габриа о рюмочках из буфета в Переделкино, конформизме, жалости ко всем и простейшем нарративе для зрителя.

Роман Габриа на могиле Б.Л. Пастернака (Переделкино)

— Не так давно вышел «Театральный роман», за который вы получили «Золотой софит». Спектакль большой и многослойный. При этом сейчас будет премьера «Пастернака». Сложно ли было возвращаться к малой форме?
— Между двумя этими работами была ещё камерная «Дорогая Елена Сергеевна» в Новосибирском «Красном факеле», «Преступление» в Гомеле и снова большая форма в Калининградской драме («Любовник»). Так уж вышло, что большой и малый формат каким-то естественным образом чередуются. От развёрнутого снова к крупному плану. Поэтому не сложно. Переход в привычной дистанции. Разница спектаклей в оптике: чередование отдаления и приближения. В сценографии, в подаче, во всём. Это ведь совершенно разные способы работы с артистом. На мне такие переходы, в первую очередь, отражаются весёлой разницей уровней стресса. Где-то «сединка», а где-то «горчинка».

— Кажется, «Пастернака» как эскиз вы поставили в «Мастерской» в декабре 2024 года. Как он изменился за это время?
— Да. Эскиз был пробой, даже скорее хулиганством. Многие тогда в «Мастерской» взялись делать режиссёрские эскизы (Гоголь, Шукшин, Соколов). И я подумал, почему бы главному режиссёру что-то не попробовать в рамках лаборатории. Что-то такое, что вряд ли позволят в нынешней репертуарной практике: «а давайте попробуем о Пастернаке в стихах»! И сделали. К тому времени у меня было в качестве упражнения написано некоторое количество стихов о Пастернаке. В стол. И вот — неделя. Эскиз. Классика, в общем, кто знает, как это происходит.

Роман Габриа на премьерном показе «Пастернака» в театре «Мастерская», 26.12.2025

— Как пришла идея воплотить спектакль в стихах?
— Трудно сказать, как конкретно приходит та или иная идея… Какими щупальцами она касается воображения. Вчера рассматривал фотографию Пастернака с лопатой в огороде, и вот уже пытаешься переложить в рифму речь с ОБЩЕМОСКОВСКОГО СОБРАНИЯ ПИСАТЕЛЕЙ от 31 октября 1958 года. Например, речь поэта Безыменского. Или Ошанина. С аргументацией, сквозной темой, ритмом. Помню, что обозначил для себя: «о поэте в стихах», сразу понял, что авантюра и поддержки не жди — и понеслось. Благодарен этому опыту. Сейчас уже, на выпуске, слушаю ухом стихи и рад очень, что взялся за это странноватое дело. И артистам благодарен, что поверили. Ведь теперь существует сборник. В планах театра даже издать книжку для зрителя «Мастерской». Как приложение. Очень на это надеюсь.

Артисты театра “Мастерская”: Василий Щипицын (Безыменский), Андрей Гаврюшкин (Ошанин) и Михаил Вершков (Федин)

— В чём отличие эскиза и премьерной работы?
— Ой. Признаюсь, переформатировать именно этот эскиз в спектакль, на который будут продаваться билеты, оказалось очень непростым делом. Во-первых, мы съездили экспедицией в Переделкино, и появилось пространственное решение. Окно, комната, пастернаковский особый быт. На лаборатории стало ясно, что главное слабое место — общая неинформированность. Зрителю необходим простейший нарратив, чтобы органически включиться в происходящее. Кто? Где? Что вообще происходит? Поэтому разница ещё и в том, что появились новые герои и тексты, связывающие происходящее, что-то разъясняющие. Начало, финал. Спектакль обернулся, пока не окончательно, в авторское музыкальное оформление мастера по композиции Владислава Крылова. Много, надеюсь, качественных изменений. Важно ведь было не повториться с «Лодкой» (имеется в виду спектакль «В рыбачьей лодке» 2019 года о жизни Иисуса Христа в сорока стихотворных монологах — прим. ред.), которую так же ровно, по моим стихам, театр выпустил шесть лет назад. Но это были разрозненные монологи. А хочется пьесы, действенного сюжета. Сезон я дособирал материалы, сочинял ситуации, их немного, но создать их было необходимо. Например, приезд на дачу в Переделкино младшего сына Пастернака, Леонида. Известно, что был разговор — скандал. Но какой? Леонид должен заговорить с отцом (роль Леонида исполняет Кирилл Гордлеев — прим. ред.). Студент МГУ, физик и — поэт. Информации катастрофически мало. Даже у переделкинских хранителей мы ничего не выпытали на этот счёт. Несколько фото. А сцена важная, да ещё и рифмованная стилизация. Вот и дописывалось новое, редактировалось старое.

На фото-промо (вверху) Никита Капралов (Пастернак) и Арина Лыкова (Ивинская). Ради погружения в мир поэта актерская команда вместе с Романом Габриа поехали в Переделкино, на дачу Б.Л. Пастернака (внизу)

— Спектакль продолжает тему художника и власти на петербургской сцене. Соблюдение документальности, выступления докладчиков, поочерёдное обвинение и предательство, сны отчасти напомнили «Чужой театр» Валерия Фокина. Чем вдохновлялся режиссёр Роман Габриа, когда создавал «Пастернака»?
— Всем: фотографиями, книгами, переписками, изучением природы Подмосковья, устройства храма, который был виден когда-то из окон дачи. Всем, чем можно. И, пожалуй, главное — ежедневное чтение поэзии Бориса Леонидовича. Снова и снова возврат к одним и тем же стихам. Как они устроены? Как зарифмованы? Где и по какому поводу может случиться перекличка? Большой художник в России — а в России XX века особенно — это всегда где-то рядом с властью. Мейерхольд не исключение. О нём мы сделали спектакль в «Открытом пространстве» ещё в 2019-м, и новых открытий в этой связи мы не совершим точно. Что ни имя — сюжет. Ахматова, Блок, Гумилёв. Но, поверьте, не это волновало. Слишком прямо, просто. Интереснее, что история с «нобелевкой» разворачивается у Бориса Леонидовича на фоне его романа о докторе и его любви к Ларе, а книга, в свою очередь, становится рифмой его отношений с последней его любовью, музой, которой посвящена вся поздняя лирика, — Ольгой Ивинской. Вот это уже здорово! Вот это уже интересно! Любовь, литература, пересылка романа в Италию, судьба. Дуэт Арина Лыкова — Никита Капралов, Ивинская — Пастернак — вот что стало действительно интересным для рассмотрения под линзой театра. Так уж случилось, что реальные судьбы, подобные судьбам Пастернака, Мандельштама, Маяковского, Булгакова, подчас интереснее вымысла любой пьесы. Поэтому ими интересно заниматься.

— Большое внимание уделяется деталям быта, практически один в один воссоздан быт поэта в Переделкино (даже зелёные бокалы и рюмочки из серванта!). Это идея художника или ваша?
— Рюмочки! Это идея нашего художника Софьи, и она добивалась реализации именно документального сходства. И нашла их, кажется, в последний день. За что ей огромное спасибо! Поставила — и весь натюрморт довоплотился. Понимаете, мысль о том, что всё тонкими нитями связано в окружающем нас материальном мире, — она сквозит во всей философии, поэзии Бориса Леонидовича, теме быта внутри дома. Окна как переходный портал и сама природа за окном. Триединство. И главное, что природа, её законный потусторонний мир с его лаем деревенской собаки и скрипом сосны, — такая же генеральная тема в «Тетради Живаго», как и тема, скажем, Христа. Подробности быта придумались у нас в диалоге, ещё на лаборатории, и вышло как-то естественно и спокойно. Софья предложила: будем реконструировать. Мы ездили на легендарную «Уделку», что-то искали в комиссионных, на «Авито», чтобы максимально точно отзеркалить увиденное в музее-квартире, на фотографиях. В поиск включились и завпост Таня Артамонова, и реквизитор Леночка Шибаева, и Арина даже. Вообще ответственность к деталям, в связи с собственной поэзией, была огромная, поэтому, как оказалось, важно, что соавтором стала дочь. Она поддержала.

Те самые детали быта Б.Л. Пастернака в Переделкино, которыми восхищается интервьюер, были бережно воссозданы художником спектакля, Софьей Габриа

— Если бы пришёл неподготовленный зритель, то как бы вы объяснили, почему Пастернак в гриме и похож на гипсовую статую? Почему с потолка время от времени крошится побелка?
— Ну это же не какой-то прямой символ, скорее образ. Имеющий многообразие. Специально объяснять я бы не стал. Подобные поиски ответа, результат личной интерпретации — это персональная работа зрителя. Я сам постоянно об этом думаю, ищу…

— Есть ощущение, что литераторы вроде Федина, Безыменского переживают свои особые драмы конформистов. Их тоже становится жалко. В чём суть коллективного зла в вашем спектакле? Как вы для себя решаете, почему все согласны на происходящую травлю и кафкианский бред?
— Время. Всё очень просто. Коллективная ответственность. Если не ты — значит тебя. Сразу оговорюсь, что все прообразы — это живые люди, у которых есть личные биографии. Допустим, когда мимо окон соседа по даче Пастернака, Федина, сыновья несли гроб поэта, известно, что Федин (его играет Михаил Маратович Вершков) не нашёл в себе сил выйти на улицу. Сослался на болезнь. Сложнейший сюжет. И не хочется судить. Их по-своему каждого жалко, правда. Я лишь перевёл в стихи официальные стенограммы публичных выступлений, телеграммы, письма. Что происходило внутри с людьми в это время, нам знать не дано.

Эскиз Софьи Габриа к костюму и Василий Щипицын в роли А.И. Безыменского

— Часто Пастернак не говорит, а воет волком. Как проходила работа с исполнителем главной роли Никитой Капраловым? Как появились интонации?
— Могу сказать честно: вся разработка роли — личная профессиональная работа Никиты Капралова. Работа прекрасная. И он, и Арина Лыкова самостоятельно нашли интонации, голоса своих героев. Сняли их с немногочисленных аудиозаписей. Все «вои», ухмылки, взгляды и междометия досочинили в работе. Я разбирал с ними лишь ситуации, события, стихи. Никита очень аккуратно, от встречи к встрече, приближался к тому поведенческому рисунку и голосовым характеристикам, которыми он пользуется сейчас. У каждого из артистов была свобода, воздух для поиска своего авторского звучания. Это важно. Сильная очень работа Алексея Ведерникова, и Василия Щипицына с его шутовским «театром условности», и Маши Русских, Алексея Мацепуры, Насти Ермак — всех.

Никита Капралов (вверху) в роли поэта и посмертная маска Б.Л. Пастернака в Переделкино (внизу)

— В самом конце спектакля выступает поэт-песенник. Хотя появился на сцене он одним из первых среди членов СП СССР. И он крайне похож на Пастернака. Как будто это его возможная маска, если бы он согласился и подписал бумаги не через силу. Была ли дуальность заложена изначально?
— Это Лев Ошанин. Вы имеете в виду его, наверное. В исполнении Андрея Гаврюшкина. Прекрасный советский поэт-песенник, которого когда-то привёл в Союз писателей сам Пастернак и просил ему место. Видите, какая удивительная арка в судьбе? В нашем спектакле есть художественные допущения: наш Ошанин оставляет в финале свой членский билет СП. Кладёт на трибуну. Конечно, такого не было. Это образный жест. Но! Сама возможность такого поступка потребовала продолжительности сценического присутствия, поэтому, да, он выходит из зала заседаний одним из последних. Хотя… знаете… наверное, вы чуть спутали его с героем Ведерникова — Сергеем Смирновым. Ведь именно он гасит свет крайним, нажав на выключатель, и открывает заседание тоже герой Алексея. Вот это поистине сложная фигура. Глубоко порядочный человек, которому по долгу службы пришлось взять на себя этот груз: стать обличителем. Хотя… при чём здесь долг службы? В эпилоге роли отражается судьба Бориса Слуцкого, который в конце жизни потерял рассудок. И, как говорят, не только контузия была тому виной, но и его выступление в адрес Пастернака. Повторюсь, это всё живые люди. Но дуальность вами замечена справедливо. Внутренний диалог двух крайностей. Одновременно понимание происходящего, когда Сергеев входит в переделкинское пространство Пастернака, и его полный раскаяния танец у трибуны. Важно сказать, что спектакль о бережном отношении к русской поэзии и любви. Ведь Пастернак — это лишь одно из десятков имён, которыми наполнена богатая русская литература, и каждый из них достоин отдельного спектакля.

Фото: театр «Мастерская», архив Романа Габриа, Стас Левшин